Их арестовали, они проводят ночь в тюрьме, и родители Джеремайи, несомненно, подадут в суд на всех троих за нападение. Возможно, они привлекут и меня, обвинив в том, что это я натравила “Дьяволов” на него.

Это моя вина. Если бы я не впустила “Дьяволов” в свою жизнь, им бы не пришлось разбираться с этим дерьмом. Кто бы ни стоял за всем этим, я не могу позволить ему продолжить преследовать трех невинных мужчин.

— Аврора? — Хриплый голос Дэмиена наполняет мое ухо, до боли знакомый и отчаянный.

— Привет. — Слово звучит тихо. Я прочищаю горло. — Я рада, что ты позвонил.

— С тобой все в порядке? Ты вернулась в дом? Люк и Трей с тобой?

— Я в порядке. Все дома. — Они, вероятно, проспят до полудня. Из-за выпивки, взлома и драки у них у всех была долгая ночь. Я заставила их всех пройти через многое. — Ты в порядке? А Финн и Нокс?

— У нас все отлично. Нет ничего лучше, чем делить туалет в тюрьме, — саркастическая нотка в его голосе заставляет меня поморщиться.

— Мне нужно вам кое-что сказать. Это не Джеремайя вломился в дом и разгромил его.

В трубке настолько долго царит тишина, что я чуть не спрашиваю, там ли он еще, но затем низкий, угрожающий голос Дэмиена требует:

— А кто, черт возьми, это еще мог быть?

Я не знаю. Этого я и не могу понять. Кто еще мог сделать такое? Кто еще мог оставить вещи всех остальных и украсть только мои? Насколько я знаю, Джеремайя - мой единственный враг, а взлом и проникновение не в стиле его родителей.

— Джеремайя показал мне видеозапись из дома своих родителей. Когда произошло ограбление, он был в часе езды от нашего дома. Он не мог этого сделать.

Дэмиен должен знать правду, даже если это последнее, что он хочет услышать. Особенно потому, что это означает, что он заманил Джеремайю в кампус, напал на него и попал в тюрьму без причины.

— Тогда, должно быть, он нанял кого-то для этого, — огрызается Дэмиен. — Не верь ни единому его слову, Аврора.

С моих губ срывается вздох, а перед глазами все расплывается. Я сжимаю телефон, словно он может привязать меня к нему. Ко всем троим.

— Мне не следовало втягивать вас в эту неразбериху. Думаю… думаю, будет лучше, если я снова найду себе жилье.

— Нет. — Теперь мое ухо наполняет глубокий, как океан, голос Финна.

У меня сжимается грудь.

— Ты не сделала ничего плохого, Рори, — настаивает Нокс с напором, словно уговаривая меня отойти от края обрыва. — И ты не будешь жить отдельно. Ты теперь наша, помнишь?

— Я не могу продолжать подвергать вас опасности. — Я едва не задыхаюсь от этих слов. Особенно теперь, когда кто-то еще охотится за мной. Я не могу позволить “Дьяволам” попасть под удар. — Утром Трей внесет за вас залог. Но пройдет несколько часов, прежде чем вы сможете выйти. И когда вы это сделаете… не ищите меня, ладно?

Я вешаю трубку, прежде чем их громкие возражения заставят меня передумать. Из комнаты Финна я беру книгу, которую мне одолжила Сиенна, и оставляю ее на кухонном столе. Я надеялась, что когда-нибудь встречу Вайолет и скажу ей, что она написала замечательную книгу, но для всех них будет лучше, если я уйду сейчас. Пока ситуация не ухудшилась.

Уйти сейчас - единственный вариант. Если я задержусь, Сиенна и Джульет попытаются помешать мне. И тогда пошлют Люка и Трея забаррикадировать меня в доме, пока “Дьяволы” не вернутся.

Я как можно тише закрываю за собой входную дверь, чтобы никого не разбудить. Те немногие вещи, что у меня остались, находятся в сумке. Я плотнее кутаюсь в куртку, чувствуя, как ветерок обдувает мои щеки.

Никогда в жизни я не чувствовала себя настолько одинокой. Даже когда скиталась по приемным семьям. По крайней мере, тогда я не знала, чего лишена.

Теперь знаю.

Пока иду по тротуару, я разблокирую телефон, чтобы заказать такси. Я полечу в Нью-Йорк, приеду в Джулиард пораньше и пропущу выпускной. Мне не нужно присутствовать на церемонии, чтобы получить диплом.

Я останусь в Нью-Йорке и растворюсь в море из восьми миллионов человек.

Когда я открываю приложение для заказа такси, мягкая влажная ткань закрывает мне обзор.

Я открываю рот, но прежде чем успеваю закричать, ткань закрывает мне нос, а рука - рот.

И мир погружается во тьму.

Глава 29

Глава 29

Финн

Через несколько часов после того, как Трей внес залог, нас выпустили.

К счастью. Но тот телефонный разговор с Авророй выбил нас всех из равновесия. Не ищите меня.

Она была расстроена. Погрузилась в чувство вины и стыда, хотя ей нечего было стыдиться.

Куинн поступала так же, когда мы были детьми. Корила себя из-за того, что втягивала меня в неприятности, за то, что подталкивала меня говорить, хотя мой голос был последним, что хотела слышать моя мать. Но ничто из того, что делала или не делала Куинн, не могло изменить монстра, жившего внутри нашей матери.