Я до сих пор не смог отследить ее телефон. Должно быть, она отключила его. Или это сделал кто-то другой.

Дэмиен думает, что ее похитили. Нокс считает, что она выполнила свою угрозу уйти от нас. С каждым проходящим днем я все больше путаюсь в том, чему верить. Любой из вариантов слишком ужасен, чтобы его представить.

Кто-то похитил ее, кто-то убил, или она ушла сама.

— Ты всегда такой загадочный, Финн. — Рядом со мной улыбается Сиенна, с влажными от слез глазами. Она плачет каждую ночь в комнате Люка, а он ее утешает. Но днем она сдерживает слезы, чтобы мы их не видели. — О чем ты думаешь?

— Ты знаешь.

— Я знаю, ты думаешь о ней. Мы все думаем.

У меня сдавливает горло. Я едва могу даже мысленно произнести эти слова, не то что сказать их вслух.

— Что, если она ушла?

— Ты имеешь в виду, что если она ушла добровольно? Сбежала?

Я киваю. По крайней мере, если бы она сбежала и позвонила, я бы знал, что она в безопасности. Это лучше, чем альтернатива.

Но это не помешало бы моему сердцу разбиться вдребезги.

Не думаю, что смог бы оправиться от того, что Аврора ушла от меня по собственному желанию. Потому что я ей больше не нужен.

— Если она сбежала, то только потому, что почувствовала, что доставляет больше проблем, чем она того стоит. — Тон Сиенны уверенный. Ее слова продиктованы личным опытом. — Потому что она заботится о тебе, Дэмиене и Ноксе, а не по какой-либо другой причине.

Трава шелестит под нашими ногами. Сиенна, вероятно, права. Аврора как раз из тех девушек, которые будут испытывать чувство вины и стыда за поступки другого человека.

— Но я не думаю, что именно так все и было, — продолжает Сиенна, оглядываясь по сторонам в поисках каких-либо признаков присутствия Авроры. — По крайней мере, это не вся история. Если бы она сбежала, то уже сообщила бы нам, что она в безопасности. Она бы не заставила нас проходить через что-то подобное.

Нет, не заставила бы. Она слишком заботится о нас, обо всех нас, чтобы заставлять так мучиться из-за ее исчезновения. Если бы она была где-то в безопасности, то, по крайней мере, оказала бы нам любезность и избавила бы нас от страданий.

Мы присоединяемся к Дэмиену, Джульет, Трею и Люку на ближайшем тротуаре. Серые тучи закрывают солнце, и капля дождя падает на носок моего кроссовка.

— Вам не кажется странным, что Моника появилась снова, как только пропала Аврора? — Сиенна хмуро смотрит на брюнетку, стоящую рядом с Ноксом, который разговаривает с одним из полицейских, помогающих в поисках.

В словах Сиенны есть смысл. Моника была рядом с ним каждый день с тех пор, как исчезла Аврора. Она не флиртовала с ним. Не вытворяла своих обычных выходок. Но время выбрано странное. Слишком удобное.

Густые брови Дэмиена сходятся на переносице.

— Чего она добьется, помогая нам искать ее?

— Ты шутишь, да? — Джульет приподнимает темную бровь с пирсингом. — Заставит Нокса думать, что она изменилась. Что она больше не ужасный человек, а милая, заботливая девушка, которая помогает ему искать его пропавшую подружку. И она будет рядом, чтобы утешить его, когда его девушка так и не вернется. Чтобы собрать осколки его разбитого сердца. Теперь, когда Авроры больше нет, она получает то, чего всегда хотела: его.

Никто из нас не знает Монику так хорошо, как Нокс. Но, возможно, за ее милым, отзывчивым поведением скрывается что-то более зловещее.

Поисковые группы начинают расходиться по мере того, как слабый свет, от последних лучей заката, начинает угасать.

Дэмиен бросает кинжальные взгляды туда, где Моника крутится рядом с Ноксом, когда тот достает толстовку из своей машины и натягивает ее через голову.

— Есть только один способ это выяснить.

Прежде чем он успевает броситься к ним, я кладу руку ему на плечо, удерживая на месте. И качаю головой.

Обвинения в адрес Моники не принесут нам желаемого результата. Если она действительно имеет какое-то отношение к исчезновению Авроры, мы не получим ответов, бросив эти догадки ей в лицо.

— Расслабься, — уверяет он меня. — Я буду вести себя наилучшим образом.

Мы отходим от наших друзей, натянуто улыбаясь Монике. Нокс хмурит брови, заметив, что мы приближаемся.

— Спасибо, что пришла, — говорит ей Дэмиен. Звучит почти искренне. — Ты очень помогла.

— Настоящий ангел, — добавляю я.

Последнее слово привлекает внимание Нокса.

Моника отмахивается от нас, но явно наслаждается нашим вниманием.

— Без проблем. Увидимся завтра, хорошо?

Она улыбается Ноксу в последний раз и сжимает его руку. Он хмурится, собираясь стряхнуть ее руку, но она сама ее убирает и направляется к своей машине.

Как только она заводит двигатель, Нокс спрашивает:

— Что это было?

Дэмиен понижает голос:

— Нам нужно проследить за ней.

— Зачем? — Нокс наклоняет голову.