Внутреннее предчувствие захватывает меня и не отпускает. На этот раз “Дьяволы” не смогут спасти меня.

Глава 31

Глава 31

Дэмиен

Час езды превращается в сорок пять минут, когда я сижу за рулем и вдавливаю педаль газа в пол.

Аврора может быть только в одном месте.

В доме этого ублюдка Джеремайи. Точнее, в доме его родителей. Где он якобы жил с момента судебного заседания и теперь, по-видимому, куда он увез Аврору.

Мои руки сжимают руль так сильно, что, кажется, вот-вот вырвут его. Копы надели на нас гребаные наручники, а этого ублюдка отпустили? Где же гребаная справедливость? Где защита для нашей девочки?

Нас не было рядом, чтобы защитить ее от него, и вот результат.

Как только мы поймаем его с поличным, как только у нас будет видеодоказательство того, что он держит ее в заложницах в гребаном особняке своих родителей, полиция не сможет продолжать сидеть сложа руки, и на этот раз его родители не смогут выручить его из беды.

Он окажется за решеткой. Не навсегда, но на какое-то время. А когда выйдет, мы будем готовы к его приходу.

В неприлично огромном доме Краудеров горит всего несколько ламп. "Мерседес" припаркован на подъездной дорожке, фонтан тихо журчит, умиротворенная тишина окутывает территорию. Словно внутри не держат в плену девушку.

— Мы постучим в дверь и попросим поговорить с ним, — говорит мне Нокс, пока я мчусь по гравийной подъездной дорожке так, что галька разлетаются в стороны и попадает по брызговикам. — Мы не будем нападать, как быки. Мы не добьемся своего, если напугаем их до чертиков, и они позвонят в полицию.

— Они, блядь, могут делать все, что захотят. — Я резко перевожу машину в режим парковки и выпрыгиваю из нее. — Я войду в этот чертов дом и найду ее. Мне плевать на еще одну ночь в тюрьме.

Финн движется как призрачная тень, преграждая мне путь к особняку. Его рука на моей груди останавливает меня.

— Будь осторожен.

Его глаза говорят мне то, чего не произносят губы. В прошлый раз именно я облажался. Из-за меня мы провели ночь в тюрьме. Из-за меня Аврора осталась без защиты.

Вспыльчивый, импульсивный, безрассудный. Мои методы заварили эту кашу.

— Ладно. Но если они не впустят нас, ты отвлечешь их, пока я разобью чертово окно.

Нокс хлопает меня по плечу и ведет к двери.

— Хороший компромисс.

Финн прикрывает тыл, готовый к внезапной атаке. Джеремайя знает: куда бы он ни отвез ее, мы придем за ней. Преимущество на его стороне.

Нокс стучит в парадную дверь. Один раз, второй, третий. Он заносит кулак, чтобы постучать в четвертый раз, а я уже собираюсь заорать так громко, что стекла задребезжат, но дверь наконец со скрипом открывается.

Женщина в очках, сидящих на голове с безупречно уложенными локонами, хмуро смотрит на нас. Барб. Ее брови застыли на месте от ботокса, но глаза сужаются, а губы сжимаются так, что становится понятно, она не в восторге от нашего визита.

— Могу я вам чем-нибудь помочь?

— Где Джеремайя? — Рявкаю я. Нокс толкает меня локтем, и я натягиваю на лицо самую фальшивую гребаную улыбку, которую только могу. Но судя по выражению лица Барб, она на это не купилась. — Нам нужно с ним поговорить.

— Вам нужно держаться подальше от моего сына. Свяжитесь с моим адвокатом. — Она уже собирается захлопнуть дверь прямо перед нашими носами, когда Финн ударяет по ней ладонью.

Ее глаза расширяются. Финн, неподвижная тень, часто исчезает на заднем плане. Поэтому каждое его движение пугает до чертиков любого, кто этого не ожидает. Даже меня иногда он заставляет вздрогнуть.

— Мэм, мы думаем, что он похитил Аврору. Мы не можем ее найти.

Что-то в тоне Нокса немного успокаивает ее. Она не отрывает взгляда от него, единственного, на кого ей достаточно комфортно смотреть.

— Я ее не видела. И Джеремайи нет дома. Он на работе. Он даже не взял выходной после того ада, через который вы трое заставили его пройти.

— А как насчет ада, через который он заставил пройти Аврору? — Рычу я. — Она была вашей приемной дочерью. Вам хоть немного не плевать на нее?

Она сжимает губы и молчит так долго, что ответ становится очевидным.

— Я не хочу, чтобы с ней случилось что-то плохое. Но я могу заверить вас, что мой сын ничего не сделал Авроре.

— Вы можете позволить нам просто осмотреться? Мы хотим убедиться, что он не привез ее сюда. — Нокс улыбается, но в его улыбке нет уверенности. Он знает не хуже меня, что эта женщина ни за что на свете не впустит нас в свой дом.

Она готова на все, чтобы защитить своего сына, даже если он кусок дерьма, который этого не заслуживает. Даже если она подвергает опасности невинную женщину.

Барб пыхтит, как бык, готовый броситься в атаку.

— Мой сын не похищал...

— Либо вы позволите нам обыскать ваш дом, либо это сделает полиция. Выбор за вами.