На самом деле додумались, только где-то через год. А заводская установка зеркал начнется уже только перед Второй Мировой. Сказать я это не мог, поэтому просто пожал плечами.

– На самом деле тут есть и очевидные минусы, – к нам подошел Казаков. – Крылья дают сильную вибрацию, поэтому изображение в небольшом зеркале выйдет довольно мутным.

А вот, кажется, и причина, почему с этим так долго тянули. Действительно, матерчатые крылья на деревянном каркасе и плавность – это вещи несовместимые.

– Мы думали ставить вытянутые зеркала, – я показал пальцами прямоугольник примерно десять на тридцать, как их делали уже в мое время. – Ну и рассматривайте их, прежде всего, как подсказку. Заметили там даже намек на движение, обернулись, и шансы выжить стали немного больше.

– Вы говорили про два способа, – один из братьев Дыбовских напомнил, что я обещал кое-что еще.

– Минуту, – на этот раз я собирался продолжать уже без лишних ушей. – Эмилия, большое спасибо вам за помощь, не буду вас задерживать.

Вышло, наверно, не очень вежливо, но девушка сохранила лицо. Кивнула, попрощалась и, больше ничего не сказав, спокойно оставила нас одних. Вот теперь можно было и продолжать.

– Второй способ еще проще, чем зеркало. Позвольте шахматную аналогию: чем проще поставить мат одинокому королю соперника, одним ферзем или парой слонов?

– Конечно, слонами будет быстрее. Я даже слышал, что король против ферзя может при ошибке противника и вничью сыграть.

– И это при том, что ферзь формально более сильная фигура. Но она одна...

– Иван Андреевич, ну мы уже не дети, – вздохнул Казаков. – Все уже поняли, что вы говорите о пользе совместных полетов, когда один самолет прикрывает другой.

– Прекрасно, – моя улыбка стала шире. – Вы уже понимаете пользу работы в отрядах, осталось только превратить это общее понимание в конкретные маневры для каждой ситуации. Думаю, сотни схем для первого раза будет достаточно.

Вот теперь я на самом деле сумел всех зацепить.

– Сотни? – переспросил Казаков.

– Сотни, – твердо повторил я. – У нас же целый день впереди, вот и начнем!

***

Вчера Александр Александрович Казаков был сначала поражен навыками летчика Крылова, потом поставлен в тупик почти полным отсутствием у него образования. Всю ночь эти мысли съедали его изнутри, и с утра он уже был готов отказаться от обучения у него. Не из всякого источника стоит пить, даже если тебя мучает жажда. Но за следующие несколько часов этот возрастной охотник сумел его удивить, причем сразу несколько раз.

Началось все с того, что Казаков рано проснулся, так и не успокоившись после вчерашней суеты, а потому стал невольным свидетелем неожиданных отношений. Сначала к Крылову пришла женщина. Нет, в самом этом факте не было ничего удивительного: если не считать того, что это была дворянка, на дворе стояла ночь, а ее встретили шуткой про запах, которую не каждый гвардеец поддержал бы даже после штофа водки. Впрочем, потом в общении летчика и его гостьи не было совершенно никакого романтического подтекста. Какое-то время...

Казаков, продолжая невольно за ними присматривать, видел, как это выбивало гостью Крылова из колеи. Кажется, она только из-за этого и выдала свое знание об авиации. Не уровень выпускников Гатчины или Качи, но точно не случайный человек. А Крылов, словно продолжая испытывать свою спутницу на прочность, выкидывал все новые коленца. Предложил вместе позавтракать, словно не зная, какой уровень близости это предполагает, а потом и вовсе, догадавшись о тайном интересе гостьи, позволил ей пройти на аэродром и стать участником пусть небольшого, но настоящего военного эксперимента.

В этот момент Казаков был уже уверен, что пожилой летчик просто влюбился и пытался по-своему неуклюже произвести впечатление на свою спутницу. Она тоже так решила, на ее губах мелькнула такая знакомая понимающая ухмылка победительницы, уже готовой поставить каблук на очередную жертву, но... Именно в этот момент Крылов и выслал с аэродрома мгновенно лишившуюся своего пьедестала королеву. Еще и рукой помахал. Жесткая игра, и было совершенно непонятно: то ли это такой способ знакомства почти по Пушкину, мол, чем меньше женщину мы любим, то ли проверка на доверие, то ли врожденное варварство и отсутствие такта.

Казаков, впрочем, не собирался искать ответ на этот вопрос, потому что теперь Крылов поразил уже его самого – ну и всех остальных летчиков за компанию – предложив составить сотню способов работы в воздухе парами и малыми группами. Причем сам записал только три, а остальные сказал, чтобы они составляли сами. И они составляли. Думали, предлагали, критиковали. Что-то сразу откидывалось, что-то шло в копилку будущих полетов, что-то откладывалось до того дня, когда у них появятся пулеметы.