Калуга отличалась от Тарусы примерно так же, как какой-нибудь Нью-Йорк от той же самой Калуги в моем мире. Доводилось бывать и там, и там, знаю, о чем говорю. Здесь кипела жизнь. Никаких тебе гусей под ногами, никакой сонной затхлости, ноль патриархальной старины. Что ни здание – свой стиль. Зачастую, построенное или отделанное абы как, кривое, косое – но здесь на каждом углу виднелась яркая вывеска, и не оставалось сомнений, что это сумасшедшее местечко никогда не спит. А еще здесь ощутимо пахло свободой.

- Здорово-то как! Почти привычная жизнь, - выдохнул я и немедленно заткнулся, сообразив, что во всем многообразии прохожих люди составляют как бы не меньшинство. Гоблины и снага, кхазады, парочка эльфов, даже черный урук мелькнул разок – и все это едва за пару минут. То есть, внешне привычного, на самом-то деле, маловато будет.

- Жил бы здесь, да? – ехидно спросил Дубровский.

- Вот да! – честно признался я.

- Тогда подойди… ага, вот сюда, и посмотри во-он туда, за реку. Видишь, за деревьями шпиль поднимается? Узнаёшь? А стоило бы: именно оттуда тебя выперли десятого числа.

- …а теперь настойчиво просят обратно, ага, - настроение сразу упало. – Но я понял, это ты мне отплатил за песенку про сыщика.

- Да-да, - жизнерадостно захохотал Дубровский. - Ладно, начнем с диетологии. Айда на кладбище.

На Пятницком кладбище мы поспешили найти самый дальний и, судя по состоянию могил, самый невостребованный угол.

- Хочешь похудеть – спроси меня, как – пробормотал я привязавшуюся не самую смешную в мире шутку, и, вытянув руки перед собой, величественно изрёк:

- Восстаньте!

И ничего не произошло. Дубровский смотрел на меня с интересом, и становилось неловко. Тогда я прочел хорошо зарекомендовавший себя фрагмент из Прокоповича, после чего начал себя ощущать натуральной бездарностью на театральных подмостках: опять ничего. «Спеть, что ли?» - подумал я рассеянно, а потом махнул рукой, взял, да и пропел:

- Вставай, проклятьем заклеймённый!

Эффект превзошёл самые смелые ожидания. Послышался слитный шорох разгребаемой земли – отнюдь не рыхлой, судя по датам на надгробиях. И три-четыре минуты спустя на меня преданно пялились глазницами штук десять скелетов, на ходу обрастая какой-то иллюзорной ветхой плотью.

- Класс, - оценил Владимир недрогнувшим голосом. – Что дальше делать будешь? Насколько я помню азы, поднятым мертвецам, прежде чем отправить их обратно либо развеять, нужно что-то поручить. А то они и обидеться могут.

- Хозяин, у нас проблемы, - не менее невозмутимо сообщил, проявляясь, Нафаня.

- Милиция? – спросил я его.

- Нет, старый знакомый гоблин из поместья вашего батюшки.

- Попробуй его нейтрализовать. Если мне придется срочно уходить, встречаемся… Ээээ… Володя, дай ориентир?

- Вводная, запоминай. Район Бушма, черный фургон с белой дланью. Ребята у нас недавно, но отбоя от клиентов нет, так что, надеюсь, ориентир стабильный. Это, если из ворот, направо, по улице до конца, налево, через квартал направо и опять до конца. Версты две-три.

- Принято. Хозяин, эликсир – во внутреннем кармане куртки, – и Нафаня снова исчез, а я нащупал маленький пузырек. Предусмотрительный всё-таки друг мне достался!

Командирским взором оглядел группу вполне сформировавшихся страховидных мертвецов.

- Слушай мою команду! Напра-во! По аллее вокруг кладбищенского участка, с обязательным возвращением ко мне на это самое место, бего-ом… марш!

Десяток зомбарей молча развернулся направо и бодро потрусил по кладбищенской дорожке.

- А что дальше, ты подумал? – поинтересовался Дубровский.

- Вернутся – прикажу зарыться обратно, - пожал я плечами. – Я и рад бы направить их на какие-то великие свершения, но чую, что мне ни сил, ни умения пока не хватит.

- Это потому, что ты пока пустоцвет, к тому же, необученный. И, учитывая, что штаны ты уже держишь руками, остается молиться, чтобы хватило ресурсов тела отдать им приказ зарыться. Давай-ка пробьем пока новую дырку на ремне, - предложил он, доставая нож.

На самом деле, в голове моей в этот момент происходила бурная праздничная феерия. Успешный и первый осознанный подъем наполнил меня совершенно щенячьей радостью. Хотелось во главе отряда зомбаков мчаться по улицам Калуги, обрывая цветы с клумб. Потом найти каких-нибудь байкеров, набить им морды, отобрать мотоциклы и рвануть под Алексин на поиски Наташи…

Вдалеке завыла сирена, и этот звук помог мне справиться с гормональной бурей.

- Возможно, это по нашу душу – тут же камеры кругом, в том числе и на кладбище, - прокомментировал Дубровский. – Попробуй мысленно пожелать, чтобы твоя команда возвращалась побыстрее – вдруг сработает?

Судя по тому, что мне очень захотелось немедленно присесть на травку, сработало. И да, через минуту мои спортсмены в полном составе вернулись.