Баринов был сам за рулём. Он медленно вышел, осмотрел меня с ног до головы, желая заприметить пятилетние изменения. Они, может быть, и были, но в его взгляде ничего не отразилось.

А он только возмужал. Появилась какая-то, присущая его образу, маска циничности. И этот взгляд, который прожигал насквозь.

Влад склонил голову к плечу, рассматривая своего сына. Арсений прижался к моей ноге и насуплено наблюдал – он не помнил отца.

Не знал.

– Набегалась? – Тихий, размеренный голос, от которого я вздрогнула и мурашки по коже побежали.

Влад никогда не кричал, не орал.

И вот сейчас он нагнетал обстановку своей рациональностью.

– А ты не в голоде жила. – Он пожал плечами.

Влад снова рассматривал меня и подмечал: и укладку, и короткую стрижку каре. И даже тот факт, что на безымянном пальце след от кольца ещё не стерся.

– Спонсор обеспечил? – Намекая на то, что у меня был один путь после развода, уточнил Влад. А потом улыбнувшись, покачал головой, отвечая на свой вопрос. – Хотя какой там. Но теперь твоя жизнь кардинально изменится – вернёшься в семью. Знаешь, Катюш, может быть, я даже не буду брезговать проводить с тобой ночи.

Я сделала шаг назад, осознавая, что Баринов больше пугал и скорее всего появился для того, чтобы просто увидеть сына. Мы не обсуждали, как он будет контактировать с детьми. Это действительно было слишком похоже на то, что Влад давал мне время перебеситься, оценить все плюсы и минусы.

– Но виллу я тебе все равно куплю. Только на этот раз ты за неё рассчитываться будешь не послушанием и правильным воспитанием. – Шаг вперёд и даже воздух оказался спёртым между нами. – А с собой рассчитаешься.

Я опустила глаза, чувствуя, как паника со дна души поднялась. Но я запрещала себе паниковать, запрещала себе бояться.

Может быть, ростки боли сейчас снова бы проклюнулись в моей душе, если бы не Арсений, который дёрнулся от меня и подлетев к Владу, толкнул его и прокричал:

– Ты плохой дядя! Плохой! Уходи! Не обижай маму! Папа приедет и голову тебе открутит!

Я наклонилась, перехватила Арсюху, подняла на руки и прижимая к себе, погладила по спине. Влад склонил голову к плечу.

– Кать, – слишком спокойно для человека, который действительно ничего не чувствует, произнёс, – а с каких это пор мой ребёнок называет отцом какого-то левого мужика? А, Катюш?

Я набрала в грудь побольше воздуха.

Пять лет изменили нас.

Меня сделали более приземлённый, что ли, понимающей, что даже самый близкий человек, ради которого жизнь свою отдала, может предать.

А вот пять лет на Баринове отразились тем, что он только сильнее научился подавлять людей.

Я все-таки нашла в себе силы выдохнуть.

Но Баринов перебил.

— Защитник, а как тебя зовут, фамилия какая?

Арсюха тяжело задышал. Волновался. А потом выкрикнул:

— Арсений! Волков! — звонко, четко. — И мой папа Ставр всем покажет!

Глава 3.1

Глава 3.1

Красавица Катя

Баринов

***

Милые, добро пожаловать в новую историю измены, которая была ужасающей в своей циничности. Я не думаю, что Катерина в принципе может такое пережить, поэтому нас ждет борьба характеров, игра на грани фола, и немного о преданных женщинах, которые готовы за детей, за жизнь, за свое я очень на многое.

Ах да…

Папа Ставр, который всем покажет (хе-хе интересно что именно нам может показать) тоже темная лошадка. Будем знакомиться?

С новой историей, милые) Буду благодарна за добавление книги в библиотеку и звездочку, а ещё как всегда с радостью пообщаюсь в комментариях, а в моей группе в тг и в максе можно даже без цензуры обсуждать героев) и там ещё периодически выходит мини сериал с героями наших книг. Все жду, люблю, благодарю.

Группа в тг

Глава 4

Влад прошелся по мне испепеляющим взглядом и сделал шаг вперед.

А потом, глядя на то, как я обежала машину и посадила на заднее сиденье Сеню, шагнул следом и, перехватив дверь, наклонился, оттесняя меня плечом.

– Я твой папа. – Голос такой ласковый, убаюкивающий.

Сеня приоткрыл рот.

– Ты меня не помнишь, потому что мама тебя у меня забрала много лет назад. А тот, кого ты называешь папой – лжец и обманщик.

У Сени затряслись губы, и я, ударив Влада в плечо, постаралась оттеснить от машины.

– Я тебе не верю! Ты плохой! – Грозно выдал Арсений, насупив бровки.

Я прохрипела:

– Отпусти! Нам надо ехать!

Мягкая полуулыбка коснулась губ Баринова.

– Я не плохой. Просто тебе, наверное, так об этом рассказывали. Если рассказывали. Вообще, я очень хороший. Очень люблю тебя, Милу и Лену тоже. И когда мы снова будем все вместе – ты полюбишь меня.

Он манипулировал ребёнком, который его не знал.

Я, рыкнув, дёрнула дверь и закрыла Сеню в машине.