Мейстер Умлис еще раз предложил мне уйти из города вместе с ним и его подопечной. Я повторила свой отказ, заявив, что без Вероны и Николины никуда не уйду. Тогда старый гном велел мне забрать все его книги, тетради с рецептами, оставшееся оборудование для аптеки, которые он припрятал в прачечной себе. Ему будет спокойнее, если будет знать, что эти вещи достались самому достойному человеку. Также он протянул мне два аккуратно свёрнутых широких свитка. Это были карты катакомб, находящихся под городом. Мейстер Умлис добавил, когда станет совсем худо, я и Верона сможем выбраться из Корсуни незаметно. Также он предупредил, что город находится в кольце осады. Но это была уже не новость. Тепло попрощавшись со старым вредным гномом, я поблагодарила его от всей души за его знания и навыки, которыми он со мной делился. Я принесла гному пять обезболивающих пластырей с камфорным маслом. В дороге они ему пригодятся. На лекарские способности Катрины надежды нет. Старый пройдоха заметил, что я самая разумная и честная из всех встреченных ему девиц. Он надеется, что у меня хватит ума выжить в этой клоаке и не размениваться по пустякам…. Прощаться с Саломеей Талбот он не стал, а быть может, не хотел.

День, за днем осажденный город плавился в июльском зное, а душными ночами громыханье катапульт и пушек сменялось зловещей тишиной, и мало-помалу жизнь в Корсуни стала входить в колею. И снова всем стало казаться, что теперь, когда случилось самое страшное, бояться больше нечего. Все со страхом ждали осады, и вот город уже осажден, а жизнь, в конце концов, идет своим чередом. Идет почти что по-прежнему. Все понимали, что живут на вулкане, но пока вулкан не начал извергаться, они, в сущности, ничего предпринять не могли.

Но под напускной беспечностью перед угрозой рвущихся пушечных ядер, под притворным безразличием к полуголодному существованию и к драконам, стоявшим в миле от города, в сердцах жителей Корсуни, несмотря на всю безграничность их веры в магов, в изодранных серых мантиях, неосознанно тлела тревожная неуверенность в завтрашнем дне. И под бременем голода, горя, страха, среди мучительных всплесков и спадов надежды, тревога эта точила души.

Наконец – то пришло понимание, что бояться нужно не драконов, а тех, кто щедро раздавал обещания защищать город и его жителей, наладить экономику и обеспечить питанием вдов и сирот. Тех, кто выставляет безоружных крестьян, как живой щит и прячется за их спинами, нанося подлые удары….

Жаркими ночами наступало временное затишье, но тишина эта была зловещей — слишком глубокой, слишком полной, словно и древесные лягушки, и узкокрылые кузнечики, и сонные пересмешники — все были слишком испуганы, чтобы слить свои голоса в привычном летнем ночном хоре. Лишь время от времени звук одиночного пушечного выстрела где-то на последней линии обороны нарушал тишину.

Утром стало известно, что драконы захватили Заряницу, а также деревни Кедровый лог, Сапрей и Карповку. Верона сходила с ума, переживая за судьбу матери и их семейного дома….

Вечером объявили, что генералы Эдвард Райтон и Вэран Ормс предлагают магам на три дня прекратить всяческие военные действия, чтобы обсудить капитуляцию, а главное выпустить беженцев и людей, желающих покинуть осаждённый город.

Я вспоминала слова Агаты, сказанные ровно два года назад. Травница говорила о том, что я должна поехать учиться в Корсунь, дабы спрятаться от войны и разрухи. У меня нет родовитых и богатых родственников, нет магического дара, нет денег. Единственный шанс для меня спрятаться от войны и бедности это Академия Корсуни.

Спустя два года, я нахожусь в городе, раздираемом войной и голодом. Случилось именно то, чего я боялась. Я в Корсуни, в западне. И с каждым днём все меньше шансов, что я смогу выбраться….

Глава 36.1. Адское пламя.

Июль с его пыльной безветренной жарой, казалось, задался целью задушить внезапно примолкший город, обрушив весь свой изнуряющий зной на усталых, истерзанных людей. Из Карповки, от Агаты, больше не было писем. И я, и Верона сходили с ума, хоть и старались не подавать виду.

Постоянным зрелищем стали, проезжающие по дорогам телеги, нагруженные ранеными или убитыми. Похоронные команды, состоящие из самых бедных горожан, еле держась на ногах от усталости, волокли на кладбище еще не успевшие остыть трупы и сваливали их, словно поленья, в наспех вырытые неглубокие канавы, тянувшиеся бесконечными рядами одна за другой.

В течение последних двух месяцев Академию покинули, или попросту сбежали почти половина адептов. Оставшейся половине попросту некуда было податься….

Наконец, в измученный неизвестностью город проникла весть — тревожная весть, особенно для Вероны. Войска магов и полукровок, покинув линию обороны, в свою очередь, готовятся всей своей мощью обрушиться на противника на Восточном тракте. Вчера в храме Богини - матери, бургомистр поклялся прогнать драконов любой ценой.... Возможно этим и объяснялось наступившее затишье.

Город лихорадило почти два месяца. И вот наступила тишина. Казалось, что Корсунь изменился до неузнаваемости.

Да он и не был похож на ту веселую, бесшабашно веселую Корсунь, которая очаровала когда-то неискушенную красавицу, приехавшую из деревни Верону Краузе.

Три дня временного перемирия прошли…. Маги не согласились на капитуляцию. Драконы отказались отступать….