Я не реагирую на провокации. Писать ей и что-то выяснять не стал – это означало бы принять навязанную игру. А правила в моей жизни устанавливаю я.

Вместо этого я четко понимаю одно: молчание в данной ситуации – сильнейший ответ. Оно не оставляет пространства для манипуляций и не дает никаких эмоций, ради которых все и затевалось. Кристина сделала свой ход, но это не значит, что я должен делать свой в ответ.

Переключаюсь с мыслей о ней на кабинет. Здесь пахнет кофе, дорогими сигарами, которые так и не закурил, и немного кожей нового дивана. На экране ноутбука мигают письма от поставщиков, отчеты из ресторанов в центре и на окраине, график открытия нового бутика в торговом центре. Все это требует моего внимания. Все это должно быть важнее.

Но я не читаю.

Пальцы сами открывают галерею. Останавливаюсь на фото с вечеринки. Арина в красном платье, волосы распущены, улыбка немного вымученная, но глаза горят.

Впервые я увидел ее в своем магазине. Она стояла за прилавком – маленькая, уставшая, но с улыбкой, которая словно говорила: «Я выдержу». На самом деле я зашел проверить новый магазин – случайно. Девушка обслуживала клиентку, которая хамила, кричала о «браке платья», а Арина просто кивала, извинялась, предлагала замену. После того как клиентка ушла, она отвернулась, чтобы никто не видел. И заплакала. Тихо, без звука. А потом вытерла слезы рукавом и вернулась к работе, словно ничего не было.

С тех пор Арина засела в моей голове.

Я взял ее личное дело – фото, адрес, дата рождения. Начал приезжать к магазину каждый день. Просто чтобы увидеть. Девушка не знала. Я сидел в машине напротив, смотрел, как она выходила после смены, как поправляла волосы, как иногда останавливалась и стояла, глядя в небо. Видел ее силу и уязвимость, плач в раздевалке, честность в боли и гневе. Арина была настоящей. А мне именно такая и нужна.

Увольнение из магазина из-за «проблем с поставщиками» я организовал сам. Подкупил ее знакомых, чтобы она пошла работать в мой ресторан. Хотел видеть ее каждый день.

Даже когда трахался с другими – закрывал глаза и представлял. Как Арина стонет подо мной. Выгибается. Просит еще. И каждый раз после этого оставалось ощущение пустоты. Потому что это была не она.

А вчера она соврала о женских днях. Я понял это сразу, но спорить не стал – я не какой-то монстр. Отпустил. Дал ей ночь, чтобы спокойно подышала, подумала.

Впрочем, сегодня – нет.

Глава 26

Взгляд снова остановился на том фото с вечеринки – она в красном платье, волосы распущены, глаза блестят. Увеличил. Посмотрел на ее губы. На шею. На то, как ткань облегает грудь – чуть больше второго размера, упругая, идеально заполняет декольте. В штанах стало тесно от одной только мысли: эта рыжая красотка скоро будет принадлежать мне. А там я уже позабочусь, чтобы она влюбилась по-настоящему. Чтобы никуда не убежала.

Рука сама потянулась к пряжке ремня. Расстегнул. Приспустил брюки вместе с трусами. Достал член – он уже стоял, твердый, горячий, напряженный только от мыслей о ней.

Начал медленно – ладонью вверх-вниз, не торопясь. Представлял, как Арина стоит передо мной. Как снимаю с нее это платье. А там ее грудь – полная, упругая, с розовыми сосками, что уже твердеют от одного моего дыхания. Беру один в рот – язык кружит, посасываю, пока она не вздрогнет.

Рука ускорилась. Дыхание стало тяжелее. Представлял, как она опускается на колени. Берет меня в рот – сначала только верхушку, потом глубже губы скользят, язык играет по головке. Смотрит снизу – зеленые глаза полны огня. Стонет, когда беру ее за волосы и двигаюсь в ее рту – медленно, глубоко, чувствуя, как она старается взять больше.

Откинулся в кресле. Рука двигалась быстрее, сильнее. Представлял, как кладу ее на стол. Раздвигаю ноги. Вижу всю – влажную, розовую, готовую. Вхожу – медленно, сантиметр за сантиметром, чувствуя, как она сжимает меня внутри. Выгибается, ногти впиваются в плечи. Шепчет «еще – еще – глубже...».

Дыхание сорвалось. Рука бесновалась. Представлял, как она кончает – голова запрокинута, губы приоткрыты, стон тихий, но настоящий. Тело дрожит подо мной, сжимает меня внутри. Не выдерживаю и кончаю в нее – глубоко, сильно, заполняя полностью.

После кончил, сидел еще секунду, тяжело дыша. Потом взял салфетку, сначала вытер руку – медленно, по пальцам, где сперма осталась теплой, липкой. Потом взял еще одну салфетку, осторожно провел по члену – он уже размягчался, но все еще чувствительный, головка блестела. Вытер тщательно, чтобы не осталось ни капли. Салфетки бросил в корзину возле стола.

Все это – без эмоций, без спешки. Просто факт. Как всегда после себя.

Потом подтянул брюки, застегнул ремень, сел ровно. Закрыл фото. Вернулся к ноутбуку.

Но в голове уже крутилось только одно: сегодня вечером она не скажет «нет».

Сегодня она будет моя.

Полностью.

Глава 27