Хмыкаю. Хочется верить, что он заболел ненадолго, но ведь может быть и обратное. Мало кому нравится идея менять теплый кабинет на грязь и палатки.

– Ладно, справимся, – вздыхаю, подшивая документы в общую кучу.

– Вы к нам надолго? – уточняет Ирина, помолчав.

– Пока ваш начмед на больничном, – поднимаю на нее взгляд. – Так что, можете не волноваться. Скоро вернетесь в привычный ритм.

– Да я не переживаю, – усмехается, опуская глаза к документам. – Видных мужчин много не бывает.

– Вы не замужем? – улыбаюсь такому дерзкому признанию на грани с флиртом.

– Как ни странно, – со вздохом ведет плечом, что-то записывая в журнал.

– А Виктория Викторовна? – интересуюсь зачем-то, больше по инерции.

Брови Ирины едва заметно вздрагивают.

– А Виктория Викторовна – помолчав, неохотно отзывается она, – вдова.

Ирина

Дорогие читатели, приглашаю вас в новинку Аси Петровой "Разведенка для офицера"

7. Сюрпризы

– Вдова? – хмурюсь. – Давно?

– Несколько лет, – Ирина не отвлекается от журнала и всем своим видом демонстрирует, что не хочет говорить на эту тему.

– Муж умер или погиб? – не отстаю от нее, потому что мне очень хочется понять, связаны ли смерть мужа с ее самоубийственным фанатизмом в работе.

– Погиб, – бросает Ирина коротко.

Ну, тогда это хоть как-то объясняет поведение Виктории. Я, долгое время проработав в госпитале, насмотрелся всякого. Каждый переживает свое горе как может.

Отстаю от Ирины, давая ей возможность погрузиться в работу.

Когда солдат начинает мыть полы, выхожу на улицу, чтобы не мешать ему, и ухожу в курилку. Усевшись на лавку, замечаю, что боец с КПП заканчивает досмотр Урала. Когда тот проезжает на территорию, из кабины выпрыгивает довольная Виктория.

С интересом смотрю, как она бодрой рысью оббегает крытый тентом борт и принимает из рук солдата большую картонную коробку с нарисованными на ней бананами.

Неужели, и машину будет помогать разгружать? Выбрасываю бычок и направляюсь к ним, но сбавляю шаг, потому что к Уралу подтягиваются помощники, а Виктория, дав им какие-то указания, забирает коробку и торопливо направляется в сторону медицинских палаток.

Покосившись на меня, делает вид, что не замечает, незаметно меняя траекторию и стараясь обойти подальше.

Наверное, опять побежала бы, да бананы мешают.

– Виктория Викторовна, ваш маневр разгадан, – иду наперерез.

– Какой маневр? – фыркает она сердито, глядя перед собой и не сбавляя шага.

– Обходной, – усмехаюсь и встаю на ее пути. – Знаете, кого вы мне напоминаете?

– Кого? – устало выдохнув, останавливается и шумно сдувает со лба выбившуюся прядь.

– Муравья, – вздыхаю и тяну руки, чтобы забрать ее ношу.

Не женское это дело – таскать тяжести.

– Я сама, – отшатывается Виктория назад.

– Да что вы как дикая-то? – повышаю голос и выхватываю коробку из ее рук. Тяжелая. – Можно подумать, что я сейчас убегу с вашими бананами и съем их! Куда нести?

– К раненым, – обреченно машет рукой вперед.

– К раненым, – киваю и разворачиваюсь. – То есть, они тоже режим не соблюдают, благодаря вам?

– Это витамины! – возмущается Виктория Викторовна, шагая позади меня.

– Да ладно, не злитесь. Шучу я, – миролюбиво хмыкаю. – Скажите лучше: когда мы с вами спать будем?

– “Мы с вами”, – повышает голос, – спать не будем.

Закатываю глаза.

– Виктория Викторовна, – усмехнувшись, оборачиваюсь на нее, – у меня плохой слух и нет голоса.

– И к чему это? – бурчит тихонько.

– А к тому, что я бы, на вашем месте, не провоцировал меня на колыбельную и лег спать от греха подальше, потому что если вы думаете, что я не могу быть упрямым, вы ошибаетесь.

– Господи! Да лягу я скоро! – вскрикивает в сердцах, обгоняя меня и откидывая передо мной полог палатки.

С усмешкой смотрю на ее насупленное лицо.

Пригнувшись, вхожу в палатку и жду, когда Виктория зайдет следом.

– Куда ставить? – уточняю.

– Да ставьте в угол, я потом разберусь, – отмахивается.

– Опять сами таскать будете? – подозрительно щурясь, опускаю коробку на пол. – Кстати, я бы на вашем месте бойцу с раздробленной ногой другие антибиотики назначил. Помощнее. Раз уж вы пошли против протокола, слишком рискованно надеяться на случай.

Виктория недоверчиво косится на меня, видимо, раздумывая, настучу я ей по шапке или нет.

Не дожидаясь ответа, разворачиваюсь к выходу.

– Подождите. Бананов бы взяли хоть, – ворчит.

– Спасибо, не надо. Я люблю оставлять людей в должниках, – усмехаюсь. – Пойду лучше с графиком дежурств ознакомлюсь. Что-то мне подсказывает, что там меня тоже ждут сюрпризы.

Сюрпризы, конечно же, ждут. Например, в вечер нашего знакомства Виктория Викторовна вроде как и не дежурила. Но ее никакущий взгляд говорил об обратном. И что-то мне подсказывает, что этот случай не единичный.

– Ирина, сколько вашего начмеда уже нет? – захожу в модуль.

– Четвертый день, – отрывает взгляд от бумаг.