Но сейчас я испытываю резкий прилив крови к паху, потому что слишком неожиданно застать эту железную женщину в такой пикантной ситуации.

Непроизвольно хочется подойти, нагнуть ее над кроватью и вылюбить пожестче.

Ведомый животным инстинктом, быстро иду к ней.

– Виктория Викторовна? – зову и не узнаю свой хриплый от возбуждения голос.

Вика испуганно вздрагивает и оборачивается.

Глаза огромные и бездонные в полумраке, щеки пунцовые, штаны расстегнуты.

– Помогите, – выдыхает она обессиленно. – Я прищемила молнией кожу.

Да блин! Торможу фильм для взрослых с нашим участием, который уже проносится у меня перед глазами.

– Давайте посмотрю, – киваю со вздохом и присаживаюсь на корточки.

Ну, конечно же. Это на нее похоже хотя бы.

– Да как вы так умудрились? – рассматриваю покрасневший от варварских манипуляций участок кожи. Место, где собачка зажевала нежную плоть, посинело.

Достаю из кармана швейцарский складной нож и выбираю тонкую плоскую отвертку.

– Я торопилась, – смотрит на меня сверху вниз Вика.

И я бросаю на нее взгляд снизу вверх, и мне очень нравится то, что я вижу. Потому что она сейчас без белья, и соски призывно торчат сквозь ткань футболки. Понимаю, что это реакция на боль, но выглядит шикарно.

– Есть чем обеззаразить? – уточняю, старательно глядя ей только в глаза.

– Режьте уже так, – стонет она. – Иначе я рожу сейчас.

– В смысле “режьте”? – возмущаюсь, вставая. – Я планировал отогнуть собачку. Сейчас схожу за обезболивающим.

– Нет, – Виктория перехватывает меня за руку. – Это долго. Давайте на живую.

– Без анестезии? Без обработки? – ошарашенно смотрю на нее. – Вы человек вообще?

– Хлоргексидин и салфетки в тумбочке, – со вздохом сдается моя железная леди.

Обработав отвертку, включаю на телефоне фонарик и вручаю его Беде, а сам опускаюсь на пол перед ней.

– Вы – первая женщина, Виктория, кому удалось поставить меня на колени, – усмехаюсь.

– У меня не было такой цели, – рвано выдыхает она и делает глубокий вдох, чтобы не мешать мне дыханием.

– Будет больно, но быстро, – обещаю.

Обхватываю ее за бедра рукой и прижимаю к своему плечу для удобства. Склонившись как можно ниже, чтобы лучше видеть, аккуратно проталкиваю кончик отвертки в маленькую щель между металлом и кожей и отжимаю в сторону. Мое лицо сейчас настолько близко к ее телу, что я непроизвольно вдыхаю запах своей Беды. Тут и легкий пудровый аромат влажных салфеток, и сильный, женский, самобытный запах самой Виктории.

Вика протяжно скулит сквозь плотно сжатые губы.

– Все, все, – освобождаю многострадальную кожу от металла. Из ранки густой темной каплей выступает кровь.

Подхватываю ее салфеткой и прижимаю, чтобы остановить кровотечение. Виктория перехватывает салфетку и облегченно вздыхает.

Встав, забираю из ее руки телефон и позволяю себе еще раз внимательно рассмотреть ее, с распущенными волосами и блестящими от выступивших слез глазами.

– Жить будете? – уточняю.

Кивает, опустив взгляд и шмыгнув носом. До чего ж хороша, когда вот такая, беззащитная!

Зарываюсь рукой в волосы на ее затылке. Они шелком скользят сквозь пальцы. Чуть сжимаю их, заставляя Викторию откинуть голову и посмотреть мне прямо в глаза.

– Точно? – шепчу, а она растерянно замирает. – А то раненых везут, а мне на планерку надо.

Приглашаю вас в горячую историю Иры Орловой "Любимая женщина офицера"

– Ты же понимаешь… – девица кривит губы, окидывая меня оценивающим взглядом с ног до головы. – Пока мужики на передовой, дома их жёны ждут. А такие как ты... просто снимают напряжение. Ты удовлетворяла моего мужчину. Спасибо.

Она кивает в сторону двери, и добавляет с широкой улыбкой:

– Теперь свободна. Жена приехала.

____________________

Это не может быть правдой!

Я выхаживала его, когда врачи говорили, что он может не дожить до утра.

Мы венчались... И он клялся, что у него ни жен, ни детей нет!

А теперь на моем пороге стоит его жена и дочь...

Если он солгал мне… солгал перед Богом… то я просто так это не оставлю.

Читать:

13. Манера общения

– Все хорошо, – хрипло выдыхаю, почти не слыша своего голоса от грохочущего в ушах пульса.

– Обработать не забудьте, – глядя в глаза, добавляет Юрий Сергеевич и убирает руку от моего затылка.

Киваю.

Он еще пару секунд медлит, а затем разворачивается и быстро уходит из палатки.

А я так и остаюсь стоять в расстегнутых штанах, растерянно глядя ему вслед и не понимая, что только что произошло.

Вроде бы ничего особенного, но в ушах звенит, ноги ватные, а во рту пересохло от волнения. У меня сложилось впечатление, что он собирался меня поцеловать.

Я не хотела этого. Ни в коем случае! Если бы он посмел, ему бы точно не поздоровилось.