— Откуда... — Я прочищаю горло и поспешно отталкиваю телефон. — Откуда это у тебя?

Удалять фото бессмысленно. Он достаточно умен, чтобы сделать копии.

Кросс не убирает телефон и сверлит меня взглядом.

— Так вот почему ты уехала из Йеля? Понадобилось больше членов, чтобы было из чего выбирать?

Словно пощечину получила. Его слова бьют наотмашь, жгучее унижение опаляет кожу. Он понятия не имеет, о чем говорит, но я не пытаюсь его переубедить.

Кросс опирается локтями о стол и наклоняется ближе, на губах играет грязная ухмылка.

— Что подумал бы папочка, узнав, что его дочь — шлюха?

— Рецепт на экстренную контрацепцию делает меня шлюхой? — Мне удается сохранить голос ровным, хотя внутри всё дрожит.

Кросс пожимает плечами:

— Выглядит скверно, сестренка. Учитывая, как ты вешалась на меня на вечеринке, а теперь еще и это? Думаю, твой отец сумеет сложить два и два.

Я прищуриваюсь:

— Я не вешалась на тебя на вечеринке, и ты это, блядь, прекрасно знаешь.

— Тсс...

Мы оба оборачиваемся на девушку за стойкой регистрации. Она прижимает палец к губам и награждает нас испепеляющим взглядом. Мы снова поворачиваемся друг к другу, и чем дольше длится эта дуэль взглядов, тем зловещее становится его улыбка. У меня всё переворачивается внутри, и стоит огромных усилий не ерзать на месте.

— Ты дрожишь, — замечает он.

Черт.

Он выгибает бровь:

— Весьма красноречиво...

— Я дрожу от ярости!

Он посмеивается и качает головой:

— Нет. Ты дрожишь, потому что боишься, что я покажу это отцу.

Конечно боюсь!

Но совсем не по той причине, о которой он думает.

Я меньше всего на свете похожа на шлюху. У меня был секс по любви с двумя парнями, а тот случай... собственно, из-за него я и оказалась в Шэдоу Вэлли, споря со сводным братом о его находке. Отец не знает, почему я решила не возвращаться в Йель, и если он выяснит, что меня изнасиловали на вечеринке в братстве, всё станет только хуже.

— Что тебе нужно? — тихо огрызаюсь я. — Всё еще пытаешься отыграться, даже после того, как опозорил меня перед всеми?

Кросс барабанит длинными пальцами по столу, затем ловко подхватывает телефон и прячет в карман.

— Заниматься со мной ты больше не будешь.

Я фыркаю:

— Да мне плевать, если ты перестанешь приходить.

Он качает головой:

— Нет, сестренка, я не это имел в виду.

У меня дергается глаз от этого обращения.

Уголок его губ ползет вверх:

— Ты больше не будешь моим репетитором, потому что теперь ты будешь делать за меня всю работу.

Я вскакиваю с места так резко, что стул с грохотом валится на пол. Кросс откидывается назад и складывает руки на груди с понимающей улыбкой. Очевидно, ему нравится меня провоцировать, но я слишком зла, чтобы сохранять спокойствие.

— Ты совсем, блядь, с ума сошел, если думаешь, что я буду делать за тебя домашку. Я тебе не служанка.

— Станешь ей, если хочешь, чтобы твой грязный секретик остался при мне, — отрезает он.

Я мгновенно замолкаю и смотрю на него сверху вниз.

Мне бы очень хотелось заявить, что это блеф, но я знаю — он не шутит.

Кросс хватает мой стул за ножку, ставит его и указывает на сиденье:

— Садись.

Я подчиняюсь. Перехватываю его насмешливый взгляд. Он лезет в сумку и швыряет мне лист бумаги.

— Сдать нужно в четверг, — лениво бросает он. — И постарайся, чтобы там была «пятерка».

Вместо того чтобы разразиться оскорблениями, как мне того хочется, я накрываю ладонью бумагу и притягиваю ее к себе. Он встает, закидывает рюкзак на плечо и нависает надо мной.

— Умница. — Ублюдок подмигивает и хлопает меня по голове.

Я готова его укусить, но пока прихожу в себя, он уже выходит из библиотеки.

11.Кросс

— СТОП!

Тренер разнимает нас со спарринг-партнером. Я разворачиваюсь, и он идет следом за мной в дальний угол ринга. Опираюсь на канаты и пытаюсь дышать ровно, но это сложно, когда внутри кипит иррациональная ярость. Плечи напряжены. Восстановление идет не так быстро, как хотелось бы, и меня бесит, что я сам подставился под удар.

Впрочем, пара отбитых ребер — это лучше, чем сотрясение мозга, которое будет аукаться всю оставшуюся жизнь. По крайней мере, я продолжаю твердить себе именно это.

— Лопес. — Тренер трясет меня за плечо. — Слышал, как босс тебя зовет?

Я выпрямляюсь и вытаскиваю капу изо рта.

— Пропустил.

Ныряю под канаты и спрыгиваю с помоста. Бойцы, работающие на грушах или в парах по краям огромного зала, игнорируют меня. Иллюзия моей непобедимости разрушена. Репутация подмочена.

Стоит ли это двадцати тысяч долларов?