Я тихонько обошла перила и поднялась по краю трибун справа. Протиснувшись сквозь пару человек, я нашла свободное место рядом с другой учительницей, с которой познакомилась на второй день работы в школе. Эми широко улыбнулась и похлопала по сиденью рядом с собой, пока я усаживала туда свою пятую точку.

Хотя физически мое тело находилось на собрании, мысли витали где-то далеко. Мужчина, с которым я собиралась притворяться парой на этих выходных, по совместительству оказался сыном моей коллеги и братом моего ученика.

Разве это не будет неловко для Дейтона, а также для Нэнси? Разве у меня нет морального обязательства все им рассказать? Хотя технически все это было ложью и должно было продлиться всего одни выходные.

Кроме того, как Гриффин мог так спокойно лгать им? Теперь он ожидал, что и я буду врать знакомым людям. К тому же, у меня из головы не шел его возраст, если мои подсчеты были верны. Я снова и снова вбивала цифры в калькулятор на телефоне.

Снова и снова, используя сложение, вычитание, умножение и деление. Все математические инструменты, которые я помнила со времен колледжа, пошли в ход, чтобы получить другой ответ. Но каждый раз выходило одно и то же. И это если предположить, что двадцать лет назад ему было семнадцать. Ему вполне могло быть и восемнадцать, от чего голова шла кругом еще сильнее.

— Джейн, — пронзил мой слух шепот.

— М-м-м? — пробормотала я, уставившись на число «тридцать семь», вопившее с экрана телефона.

— Как ни крути эти цифры, ответ всегда один и тот же, — тихо произнесла Эми рядом со мной, отчего мой желудок упал еще ниже.

Она была права. В конце концов, мы с Гриффином оба были взрослыми людьми по обоюдному согласию.

Телефон зажужжал, и в верхней части экрана высветилось уведомление.

Я останусь после, чтобы мы могли поговорить.

Снова от Гриффина. Он никак не отреагировал на мое сообщение о том, что я у него в долгу, но и не проигнорировал его. Если я всё правильно разыграю, возможно, мне удастся избежать второй ответной услуги, и после этих выходных всё вернётся в норму. Если не считать того, что часть меня знала: как раньше уже не будет. Я быстро набрала ответ.

Ты провел много времени в армии, так что такого плохого в том, чтобы уйти в отставку?

Мой палец замер над кнопкой отправки. Уместно ли вообще об этом спрашивать? В какой-то момент нам придется обменяться подробностями из жизни, но дошли ли мы уже до этого? Я до сегодняшнего дня даже не знала его фамилию, или что он отслужил двадцать лет, или что Дейтон — его брат. Я всё ещё не знала его любимый цвет или такую простую вещь, как его возраст.

Покачав головой, я стерла сообщение и заблокировала телефон. Это был слишком личный вопрос, даже если мне и было любопытно, почему он не хочет уходить. Хотя теперь, когда я всё это знала, события в антикварном магазине приобрели гораздо больше смысла.

Каким-то образом я очутилась в потоке людского моря, когда собрание закончилось. Ноги сами потащили меня обратно в класс, пока я продолжала пережевывать свои мысли. Этого просто не могло быть. Только не вдобавок ко всему остальному. Жизнь не должна была быть такой запутанной. Только не после того, как я уже потеряла отца. Всё должно было ощущаться онемевшим и пустым, разве не так?

Глава 9

К тому времени, как я вернулась в класс, примерно половина учеников уже пришла после собрания. Я лучезарно улыбнулась, пытаясь отодвинуть на задний план поглощавшие меня мысли. Сейчас они были не важны. Трое других ветеранов в полной парадной форме сидели рядом со своими детьми, каждый из них сиял от гордости.

Тот факт, что Дейтона и Гриффина здесь еще не было, дал мне толику времени, чтобы взять себя в руки. Поэтому я подошла к отцу Бекки, который был подполковником сухопутных войск, и завела непринужденную беседу, пока мы ждали, а ученики продолжали заходить в кабинет.

Примерно через десять минут мое периферическое зрение уловило возвышающуюся тень, пересекающую дверной проем, и я была не единственной, кто это заметил. Почти все головы повернулись, когда вошел Дейтон, а за ним молчаливо следовал Гриффин.

Гриффин обладал естественной властной аурой, и я видела, как это заметили другие ветераны; стоящий рядом со мной подполковник даже вскинул брови при его появлении. Его взгляд скользнул по медалям и знакам отличия Гриффина, и глаза подполковника расширились.

Сам же Гриффин просто окинул взглядом помещение, на полсекунды встретился со мной глазами, придвинул стул к парте Дейтона и вытянул ноги.

В классе воцарилась тишина; те, кто продолжал разговаривать, делали это вполголоса. Я не могла перестать пялиться. От него всегда исходила уверенность, но тут было нечто иное. Безмолвное доминирование, о котором я только слышала, но с которым никогда не сталкивалась вживую вплоть до этого момента.

А может быть, мне казалось, что всё иначе, просто потому, что теперь я знала больше.