Оглушительный взрыв прогремел передо мной, расколов верхушку фонтана и обрушив град острых каменных осколков на Ишани и остальных девочек. Они закричали, закрывая головы руками. Тот самый знакомый прилив энергии, вызванный адреналином, пронесся по моим венам, и я рванула вперед последние несколько футов, бросаясь на землю рядом с ней.

— Ты как? — выдохнула я.

Она кивнула, ее глаза чуть не вылезали из орбит от страха. Я смахнула обломки с ее плеч и огляделась. Наш единственный защитник снова вступил в бой с еще большим числом нападавших. И тут меня осенило — мы не могли оставаться здесь. Мы были как утки в тире в этой войне за территорию, которая, видимо, началась слишком рано.

Окинув взглядом внутренний двор, мои глаза остановились на сломанных воротах. Там ведь колонны машин, так? Именно это он и сказал. Я подняла палец, указывая на нашу свободу. Ишани проследила за моим взглядом, вздрагивая, когда на нас посыпалась очередная порция пыли и камней.

Она лишь раз кивнула, а затем мы резко вскочили, повернулись к воротам и сорвались на бег как раз в тот момент, когда на нашем пути вырос Альберих. У меня не было времени гадать, откуда он взялся; я отпрыгнула назад, раскинув руки, чтобы удержать равновесие.

Толкнув младших девочек вперед, Ишани приказала им бежать и не останавливаться. Альбериху, казалось, было плевать, когда они пробежали мимо него, потому что он поднял пистолет и прицелился прямо мне в грудь.

— Обычно я люблю сначала поиграть со своими питомцами, но это... это принесет не меньшее удовлетворение, — прорычал он. Мое дыхание перехватило, когда я уставилась на дуло пистолета, которое вот-вот должно было стать концом моей жизни.

— Беги, Ишани, — пробормотала я, не сводя глаз с дула. В животе всё скрутило от воспоминания о том, как точно таким же пистолетом размахивали перед моим носом всего несколько месяцев назад, прежде чем приставить его между моих глаз. Но, разумеется, Альберих ничего об этом не знал и лишь рассмеялся.

— Да, Ишани. Беги, — издевался он. — Мне нужна только она. — Она сделала неуверенный шаг вперед.

Я медленно подняла руки в мольбе; сердце бешено колотилось в груди.

— Отпустите меня. У меня нет того, что вам нужно.

— Вот именно, — прорычал он и нажал на спусковой крючок. Я закрыла глаза, вздрагивая, когда два выстрела раздались одновременно.

Смерть неслась прямо на меня.

Но я не почувствовала удара от пули, как должна была.

Приоткрыв один глаз, я часто заморгала.

Жива.

Я всё еще была жива. Хлопнув ладонью по груди, я почувствовала, как сердце пытается выскочить из грудной клетки. Я выдохнула, и слезы покатились по моему лицу. Никогда прежде я не встречала облегчение так открыто. Взглянув на человека, чья пуля должна была попасть в меня, я закусила нижнюю губу.

Во лбу Альбериха зияла черная дыра. Он всё еще стоял, но затем его тело повело в сторону, и он рухнул на землю под неестественным углом.

Мертв.

Хорошо. Он получил то, что заслужил. Тихий стон сорвался с губ моей спутницы, и я перевела взгляд на Ишани.

Нет!

Она медленно оседала на землю, держась за грудь, меж пальцев сочилась алая кровь.

— Ишани! — ахнула я, подхватывая ее прежде, чем она ударилась о камень, и рухнула на колени. — Нет, нет, нет. Всё будет хорошо, вот увидишь. — Я откинула волосы с ее изможденного лица, прижимая ее к себе. Этого не может быть. Она не могла заслонить собой пулю, предназначавшуюся мне.

Она подарила мне вымученную улыбку, пока я качала головой, слезы текли по моему лицу.

— Нет, ты должна выжить. Ты уже почти на свободе. — Я прижала руку к ее ране, быстро вытекающая кровь струилась между моими пальцами.

Она закашлялась.

— Я уже свободна. Мне так спокойно, — прошептала она.

Нет, нет. Это меня должен был застрелить Альберих, я уже смирилась с этой судьбой. Почему она должна была так жертвовать собой?

— Ишани, девочки. Ты им нужна, — сказала я, укачивая ее взад-вперед, но она покачала головой.

— Теперь у них есть ты. — Она выкашляла струйку темной крови, скопившуюся в уголке рта, и я крепче прижала ее голову к своим коленям. С силой надавив на рану, я почувствовала, как она содрогнулась под моей ладонью, а затем ее губы покинул протяжный вздох.

Она перестала двигаться, ее голова безвольно болталась в такт моим судорожным вдохам.

Ничего.

— Нет. Нет, — прошептала я, тряся ее за голову. — Ишани? — Я ударила ее в грудь, не веря, что всё это происходит на самом деле. Молодая девушка только что приняла пулю, предназначавшуюся мне, и умерла.

— Ишани! — закричала я, тряся ее сильнее. Мне просто нужно было закрыть глаза и проснуться от этого кошмара. Крепко зажмурившись, горячие мокрые слезы катились по моим щекам; я сосчитала до трех, прежде чем с надеждой открыть их.

Глава 42

Пули свистели над моей головой, пока я лежала, распростершись на теле Ишани. С криками ужаса я обнимала ее, пока надо мной велся ответный огонь. Она ушла, и это была моя вина. Она мертва из-за меня.