— Но там ведь присутствовали ученики, не так ли? — Он повернул экран монитора ко мне. Я посмотрела на застывший кадр из видео. Ясно как день, Дейтон, Марси, Лили и Джексон стояли в шоке рядом со мной в той части ролика, которую я еще не видела.

Он вздохнул и снова провел рукой по волосам.

— Я не хочу этого делать, но родители угрожают забрать детей и лишить нас финансирования, если не будут приняты меры. Вы же знаете, как важны пожертвования родителей для нашей маленькой провинциальной школы.

— Вы меня увольняете? — спросила я, борясь с очередным приступом слез и боли.

— Я отправляю вас в неоплачиваемый отпуск с этого момента и до тех пор, пока не сочту ситуацию исчерпанной. Затем мы проведем переоценку того, подходите ли вы по-прежнему для работы здесь, в школе «Редуотер», — прямо ответил он.

— Проведете переоценку, — пробормотала я и стиснула челюсти.

— Я бы посоветовал вам следить за тем, что вы скажете дальше, мисс Барлоу. Именно ваш язык и привел вас в этот кабинет, — сухо констатировал директор Адамс, и я вздохнула.

— Во внеучебное время, за пределами школы.

— Да, но мы это уже обсуждали.

— Это касалось моей личной жизни, о которой ученикам вообще не положено знать. — Я отодвинулась от его стола.

— И всё же ваша личная жизнь, очевидно, вовлекает четырех наших учеников и нашего замечательного администратора.

Я встала и покачала головой.

— Понятно. Мои извинения. Я могу идти?

Он кивнул.

— Джейн? — тихо позвал он, и я моргнула, тяжело вздохнув. — Мне действительно жаль. Вы так подняли успеваемость за то короткое время, что работаете здесь. Вы невероятный учитель.

Развернувшись, я направилась к выходу.

— Вы можете зайти в свой класс и забрать личные вещи, которые понадобятся вам на время отпуска, прежде чем отправитесь домой, — добавил он, когда я повернула ручку и вышла из кабинета.

Глава 39

Ноа нашел меня на кровати; мама уже успела прийти и уйти, задав кучу вопросов, на которые я не ответила. Меня уволили. Это если объяснять просто, хотя правда была куда сложнее. Я находилась в неоплачиваемом отпуске до тех пор, пока меня не уволят.

Жизнь рушилась вокруг меня, а мы не прожили здесь и года.

— Значит, ты просто ни с кем не будешь разговаривать? — настаивал он. Я глубже зарылась лицом в подушку, размазывая макияж. — Никаких объяснений, почему на полу возле твоей кровати стоит маленькая коробка с твоими вещами, или почему мама говорит, что ты вернулась домой до обеда?

— Это не имеет значения, — пробормотала я в подушку.

— Очевидно, имеет, засранка. — Ноа легонько толкнул меня в плечо. Я застонала и перевернулась, чтобы сердито посмотреть на него. — Отлично, а теперь выкладывай.

— Нет. — Я снова уткнулась лицом в подушку, но схватила телефон. Выглянув одним глазом, я нашла то самое видео, которое разлетелось по школе, и показала ему. Рот Ноа открывался всё шире и шире. Я зажала горящие уши руками и отвернулась, не желая смотреть его целиком.

— Ты серьезно всё это наговорила? — наконец спросил он, отрывая мои пальцы от головы, когда видео закончилось.

— Кара и бабушка Гриффина это заслужили, ясно? — хрипло заявила я, а он откинул голову назад, расхохотавшись.

— И что ты теперь будешь делать? — спросил он, а я пожала плечами, садясь.

— Я в неоплачиваемом отпуске, пока всё это не уляжется в школе, а затем дело рассмотрит округ, и, скорее всего, меня уволят, — объяснила я, и он вскинул брови.

— Чертовски эффектный уход. Я даже немного горжусь тобой. — Он ухмыльнулся, а я закатила глаза.

— Ну да, только теперь у меня нет ни дохода, ни занятий, — обреченно пробормотала я.

Ноа нахмурил брови.

— О чем ты говоришь? Во-первых, у тебя нет особых счетов: машина уже выплачена, и ты снова живешь дома. Во-вторых, я предлагаю посмотреть, насколько сильно ты сможешь накачаться. Покажи им, какой сильной ты можешь стать перед лицом неприятностей. Взбеси эту Кару еще больше. — Он злобно ухмыльнулся. — Она отпускала грубые комментарии по поводу твоей мускулатуры, так что, я считаю, ткни ее в это носом еще сильнее.

Я нахмурилась, немного воодушевившись, но в то же время нервничая.

— А что, если Гриффину это не понравится? — прошептала я, и он закатил глаза.

— Дурочка. Очевидно, что понравится. Он знал, что ты качаешься, еще до того, как переспал с тобой. К тому же ты села ему на лицо в тренажерном зале, так что забей на это желание быть изящной и прими свою фазу накачанной стервы. Можешь быть с ним милой девочкой, если хочешь, но давай посмотрим, как далеко ты сможешь зайти до его возвращения домой. Естественно, без всякой жуткой химии, потому что твое лицо слишком красивое, чтобы его портить.

Я улыбнулась, радуясь появлению хоть какой-то цели.

— Осиная талия?

— И шикарная задница. — Он поиграл бровями в ответ и вышел из комнаты.