Внутри почти всё уже было обставлено. Женщине из деревни заплатили за то, чтобы она следила за домом и распаковала доставленные вещи. Тёплые каменные полы, грубые балки, солнечный свет из настежь открытых окон и сильный запах моря.

Каин вошёл первым и быстро прошёл по дому. Хелена чувствовала его настороженность; резонанс чуть окрашивал воздух. Она прикусила язык, едва удержавшись, чтобы не напомнить ему быть осторожнее: возрази — и он просто снова уйдёт в недоговорённость.

— Мне нужно убедиться, что тут всё в порядке, — сказал он, оставляя Хелену и Лилу в доме.

— Ну, места тут явно больше, — сказала Лила, держа на руках уснувшего Пола и оглядываясь. — Пойдём искать спальни? У меня сейчас рука отвалится.

Они поднялись наверх и стали заглядывать в комнаты в поисках кроватей.

Первая спальня, которую они нашли, оказалась очень просторной, но выглядела скорее как библиотека с кроватью. Лила мельком глянула на неё и сморщила нос.

— По-моему, эта комната явно твоя. Иди отдыхай, а мы с Полом найдём что-нибудь ещё. Как думаешь, каковы шансы, что Феррон позволит мне оставить себе меч, если я пообещаю не втыкать его в него?

Лила ушла, а Хелена шагнула внутрь.

Комната была не слишком огромной; потолок выбелен, балки оставлены открытыми, и от этого пространство не давило так, как тёмные комнаты в Спайрфелле. У дальней стены, там, где стояла кровать, окна выходили прямо на море.

Хелена осторожно пошла вдоль стены, ведя пальцами по полкам, отмечая названия и собрания. Книги по алхимии, но ещё литература, история, дорожные дневники.

Там были стол и стулья, диван и мягкий ковёр под ногами. Она остановилась у стола и обнаружила бумагу, перья, гравировальные пластины и стилусы — всё разложено по ящикам так, будто ждало именно её.

В этой комнате было достаточно всего, чтобы занять её на целую жизнь.

Вот чем была эта комната: жизнью, которую Каин пытался для неё устроить.

Ей хотелось оценить, какого труда это ему, должно быть, стоило, но всё казалось неправильным. Слишком безупречным. Словно ловушка, специально выстроенная, чтобы заманить её внутрь и усыпить ложным чувством безопасности.

Каин теперь был так уязвим.

Лила всё ещё не вернулась к боевой форме, а даже если бы и вернулась, её главным приоритетом всегда был бы Пол. Если Хелена позволит себе поверить, что они в безопасности, если хоть на миг расслабится, что-нибудь обязательно случится. Она была уверена.

Её жизнь была бесконечным отсчётом до катастроф, которые она раз за разом не замечала вовремя. Она забилась в угол между стеной и кроватью, правой рукой вцепившись себе в грудь, стараясь удержать сердце в ритме.

Спокойно. Она зажмурилась. Дыши.

Где Каин? За пределами Спайрфелла он ведь не поймёт, что ей он нужен...

Глаза её распахнулись. Она схватилась за левую руку, нащупала кольцо на онемевшем безымянном пальце. Стиснув его, она пустила через серебро короткую вспышку тепла.

Через миг в ответ по кольцу прошла встречная волна.

Она так и сидела с закрытыми глазами, ладонью прижатой к сердцу, пока не услышала, как открывается дверь.

— Хелена?

— Здесь. — Голос получился тонкий, дрожащий.

Он тут же оказался рядом.

— Что случилось?

Она несколько раз сглотнула, прежде чем смогла ответить.

— Я думала, что обрадуюсь, когда мы доберёмся, но... а если нас найдут? Если кто-то выйдет на нас именно потому, что мы перестали бежать?

Он нахмурился и провёл большим пальцем по её щеке.

— Ты хочешь продолжать бежать?

От одной мысли о новых кораблях, новых местах и жизни, в которой они никогда не останавливаются и всё время оглядываются через плечо, Хелену чуть не вывернуло.

— Нет. Но почему тогда всё кажется неправильным? Будто даже не настоящим. Мы же этого хотели.

Он притянул её к себе, пряча её голову под подбородком.

— Думаю, обычная жизнь никогда не будет казаться настоящей ни тебе, ни мне.

Её разодрала усталая, безнадёжная тоска, когда она поняла, что он прав.

— Кажется, я всегда видела в побеге конечную точку. Но никогда по-настоящему не думала о том, что от меня самой останется к тому моменту, когда я до неё доберусь.

Она так и стояла в оцепенении перед этим осознанием.

— Тебе нравится дом? — наконец спросил он.

Она оглядела комнату, пытаясь взять себя в руки.

— Да. Как тебе вообще удалось это устроить?

— В основном письмами. Ты часто говорила о море, и я начал искать ещё до конца войны. Думал, тебе будет легче, если ты отправишься туда, что тебе нравится.

— Просто мне? В этом огромном доме? — сказала она легко, хотя сама мысль приводила её в ужас.

— Лила к тому времени уже тоже входила в расчёт. Я ненадолго приезжал сюда прошлым летом. Это была одна из моих последних поездок, — тихо сказал он. — А до этого просто отсылал сюда вещи, когда натыкался на что-нибудь, что, как мне казалось, тебе понравится.

Она снова обвела комнату взглядом. Всё это — пока он даже не знал, жива ли она вообще.