В соседнем проходе раздается громкий смех, и из–за угла выходит троица молодых парней.

– Лиз! – ноет один из них. – Какого хрена? Почему ты так долго выбираешь коробку... – Он замолкает, заметив меня. – О, понятно. Да. Я бы тоже остановился ради неё. – Он одаривает меня кривой улыбкой. – Я бы остановился ради тебя.

Я не могу не рассмеяться.

– Спасибо.

– Это мои друзья из колледжа, – быстро представляет их Аннализа.

Тот, который не может перестать меня разглядывать, – Клэй. Престон – высокий, долговязый, в красной кепке 49ers. А тот, что замыкает шествие, – Кури, чье потрясающее лицо могло бы остановить движение на дороге.

– Мы все только что закончили университет, – говорит мне Аннализа. – Так что парни приехали на недельку. Что–то вроде празднования выпуска. – Она смотрит на своих друзей. – Блейк здесь на всё лето.

– Классно! Надо потусить, – немедленно говорит Клэй.

Я пожимаю плечами.

– Конечно.

– Вам надо увидеть её дом, – говорит парням Аннализа. – Он шикарный. Помните тот огромный лодочный сарай, который мы видели вчера, когда катались? С синими дверями и террасой на крыше?

– Ни хрена себе, это ваша собственность? – восклицает Престон. – Хоккейный дом?

– Погоди, твой папа – Гаррет Грэхем? – выпаливает Кури.

– Джон Логан, – поправляю я. – Но мы владеем домом совместно с Грэхемами.

Престон вздрагивает.

– О боже. Это невероятно.

– Вы можете зайти, – говорю я им. – То есть сначала мне нужно будет уточнить у моего надзирателя, но я уверена, что все в порядке.

– Ты имеешь в виду своего парня? – с усмешкой спрашивает Аннализа.

– Он мне не парень.

– Она свободна, – радостно сообщает Кури, и я не могу сдержать смешок. Похоже, он клоун в этой компании.

– Какой у тебя номер? – Аннализа достает телефон из кармана шорт. Она набирает цифры, которые я продиктовала. – Отлично. Я напишу тебе позже. Что–нибудь придумаем.

– Договорились, – говорю я. Она кажется классной, а ее друзья – веселыми.

Пока компания уходит, я нахожу Уайатта в отделе с молоком.

– Где ты была? – рассеянно спрашивает он. – Рыдала в отделе хлопьев?

– Нет, встретила местных. Я пригласила их в гости.

Его взгляд становится более пристальным.

– Каких местных?

– Даже не смей включать режим няньки, – ругаю я. – Я взрослая и могу приглашать друзей, когда захочу. В любом случае, ее зовут Аннализа. «Золотые мальчики» могут за нее поручиться.

– О, я помню её. Да, она классная. Какое мороженое нам взять? – Он держит две разные упаковки. – Шоколадно–вишневый взрыв или пралине с помадкой и маршмеллоу?

Я смотрю на него с открытым ртом.

– Ты хоть представляешь, сколько в них сахара?

Он обдумывает это, а потом говорит:

– Ты права. Надо взять оба. – Он кидает обе упаковки в тележку и толкает её дальше.

Когда мы встаём в очередь на кассу, я замечаю Аннализу и её друзей, загружающих продукты на соседнюю ленту. Она ухмыляется, заметив нас с Уайаттом, и минуту спустя мой телефон жужжит в кармане.

АННАЛИЗА: Тебе надо это сделать. Он такой горячий.

БЛЕЙК: Он называет меня «ребёнок».

АННАЛИЗА: Ой.

БЛЕЙК: Ага.

На парковке я снова любуюсь руками Уайатта, когда он наклоняется к багажнику, укладывая в него бумажные пакеты. Почему его мышцы так напрягаются?

– Уайатт? – произносит женский голос. Яркий и чересчур оживлённый.

Я оборачиваюсь и вижу девушку в соседнем ряду машин. Ей чуть за двадцать, у нее длинные каштановые волосы, и она одета в крошечный сарафан и огромные солнцезащитные очки.

Уайатт выпрямляется и просто вежливо кивает.

– Привет, Рози. Как дела?

Рози. Почему это имя кажется таким знакомым...

О Боже.

Девушка из каноэ.

Мне приходится прилагать усилия, чтобы держать рот закрытым. Эта девушка была так убита горем, когда Уайатт переключился на другую, что посреди ночи приплыла к нему на каноэ, рыдала и кричала, чтобы он спустился на пирс и поговорил с ней. Я не видела этой сцены, но Бо был там и клянется, что все так и было. А сразу после этого ее семья продала дом, хотя я по–прежнему считаю, что это совпадение.

Брюнетка подходит к нам, нервно посмеиваясь, и ее голос звучит чуть выше, чем обычно.

– Так странно тебя здесь встретить. Я как раз думала о тебе на днях.

– Да? – Его тон говорит, что подробности ему не нужны. Но Рози продолжает.

– Ага. Я в городе, навещаю Харриет, и мы говорили о той ночи, когда мы все прыгали со скалы на острове. Помнишь?

Он рассеянно кивает.

– Было весело.

Ее улыбка на секунду меркнет.

– Очень весело.

Уайатт даже не смотрит на нее, пока укладывает продукты, и я испытываю укол сочувствия к этой девушке.

– Как ты? – спрашивает Рози.

– Нормально. А ты?