Мы относим напитки к нашему столу. Мне повезло: сегодня смогли прийти только Сойер и Дюк. Сойер заранее предупредил нашего младшего брата, что мы с Салли можем выглядеть чуть ближе, чем обычно. А Дюк, в своём классическом стиле, весь день подкалывал меня из-за этого фальшивого свидания, но сейчас он слишком увлечён Уилер, чтобы обращать на нас внимание.

Ужин окончен, а аукцион подходит к концу, когда кто-то трогает меня за плечо.

У меня неприятно сжимается живот, когда я оборачиваюсь и вижу Бека Уоллеса. В руках у него лист бумаги.

— Я купил твой урок покера, — говорит он и переводит взгляд на Салли. — Не хотите сыграть?

— Прямо сейчас? — лениво протягиваю я.

— Да, прямо сейчас. Раз уж все здесь. Нам только нужна колода карт, но что-то мне подсказывает, что у тебя в грузовике их найдётся несколько.

Я замечаю, как лицо Салли вспыхивает от надежды. Она улыбается, её плечи слегка поднимаются от быстрого, неглубокого вдоха.

Какого чёрта я вообще помогаю ей привлекать его внимание?

— Я, кстати, никогда не играла в покер, — говорит она и смотрит прямо на меня. — Мне бы очень хотелось научиться.

— Он тебя не учил? — Бек явно удивлён.

— Никогда не было интереса, до… вот сейчас.

Она всё ещё смотрит на меня.

Почему, чёрт возьми, я вообще на это согласился?

Я не хочу, чтобы Бек Уоллес разглядывал Салли в этом обтягивающем платье и почти невидимом лифчике. Тем более не хочу, чтобы он её трогал. Или увозил домой.

В какой момент мне придётся отпустить её? В какой момент я должен просто отойти в сторону и оставить их наедине?

Никогда.

По крайней мере, не сегодня.

Может, это делает меня эгоистичным ублюдком, но мне плевать.

Я почти уверен, что если увижу, как Салли уходит с Беком, это меня убьёт.

Я позволяю себе одну ночь.

Одну-единственную ночь, чтобы притвориться, что это свидание настоящее. Что эта девушка — моя. Что она действительно поедет домой со мной. Заснёт в моей постели. Будет произносить моё имя.

Боже, как бы я смог её удовлетворить.

Если бы только она знала.

Это какой-то шаг. Большой шаг, маленький, шаг назад или в правильном направлении — я не знаю.

Знаю только одно: я хочу больше Салли.

И делить её ни с кем не собираюсь.

— Ну что, парни? — Я оглядываю своих братьев. — Готовы испытать удачу?

Сойер залпом допивает виски.

— Я редко выбираюсь куда-то, так что да, считаю себя в деле.

— Буду рад отдать вам все свои деньги, — мрачно бросает Дюк.

Убедившись, что Салли не хочет ещё выпить, я направляюсь к своему грузовику.

Глава 10

Уайатт

НАДО БЫЛО БЫТЬ КОВБОЕМ

Когда я возвращаюсь в амбар с колодой карт в руке, Салли разговаривает с Беком. Картонные края коробки больно впиваются в ладонь, когда я сжимаю её крепче.

Да, я знал, что Салли будет общаться с другими парнями.

Да, это было частью плана.

Нет, я не был готов к этой раскалённой добела вспышке ревности, когда увидел, как она смотрит на него и улыбается, будто он, чёрт возьми, сам лично повесил на небе луну.

Хватит притворяться. Хватит прятаться. Уведи её отсюда и скажи, что чувствуешь.

— Вы собираетесь играть или как? — Я бросаю колоду на стол.

Дюк откидывается назад и указывает большим пальцем в сторону парковки.

— Что там тебя укусило?

— Холод, — бурчу я. И ещё тот факт, что этот дурацкий план, чёрт подери, действительно работает. — Я вот-вот превращусь в тыкву, так что давайте уже начинать.

— Конечно, Золушка, — ухмыляется Сойер.

Мы с Салли встречаемся взглядами.

Я так назвал её во время нашего первого «почти» фальшивого свидания в Рэттлере.

Стараясь не придавать этому слишком большого значения, я сажусь и вскрываю коробку с картами. Краем глаза замечаю, как Бек отодвигает стул для Салли.

— Ой, спасибо, Бек. — Она всё ещё сияет той самой улыбкой, которая выворачивает мне душу наизнанку, когда опускается на место.

Я не могу не заметить, как спокойно она теперь себя с ним чувствует. Нервы, которые выдавали её в Рэттлере, куда-то исчезли.

Это хорошо.

Я твержу себе, что уверенность Салли — это очень хорошо.

Тогда почему мне так чертовски паршиво, когда я на это смотрю? Почему я хватаюсь за ножку её стула и рывком придвигаю её ближе, как какой-то первобытный дикарь, заставляя её взвизгнуть?

Я не из тех, кто открыто показывает, что ему не всё равно. Вернее, мне не всё равно, но я никогда этого не показываю. И уж точно не веду себя так демонстративно.

Но поскольку для моих братьев и самой Салли всё это — просто игра, я в безопасности.

Только вот чувствую я себя совершенно не в безопасности, когда похлопываю по своему бедру и говорю.

— Твоё место здесь.

Дюк громко фыркает, прикрывая смех кашлем. Я бросаю на него предупреждающий взгляд, а затем снова смотрю на Салли.

Она хлопает длинными тёмными ресницами.

— Серьёзно?

— Ты ведь хочешь научиться играть? Мы раздадим первую партию вместе. Так карты будет проще видеть. И… так будет веселее.