Я же стояла и смотрела, пока не убедилась, что его силуэт исчез в конце коридора. Заперла дверь, подперла стулом для верности. Сон так и не шел. Сидела на кровати, прижавшись спиной к стене, глядя на дверь и прислушиваясь к каждому шороху.

А когда за окном забрезжил рассвет, я наконец позволила себе задремать - но чутко, вполглаза, готовая вскочить от любого звука.

Поэтому утром я поднялась чуть свет. Глаза слипались, голова гудела после бессонной ночи, но я твердо знала, что должна сделать.

Первым дело пошла и нашла экономку, она перебирала чистые простыни в кладовой, хмурясь и что-то бормоча себе под нос. Увидев меня, мисс Фридман вопросительно подняла бровь.

- Говори, чего пришла. Не видишь - я занята?

Я глубоко вздохнула и выпалила одним духом:

- Верните меня, пожалуйста, в общую комнату. И отправьте мыть полы на этаж слуг. А на второй этаж пошлите кого-нибудь другого. Я не хочу и не могу больше туда ходить.

Она замерла с простыней в руках. Внимательно посмотрела на меня - на мои круги под глазами, на бледное лицо, на дрожащие губы. А затем ее взгляд упал на мои руки, и она нахмурилась.

На запястьях темнели синяки - следы вчерашней хватки графа Торнвуда.

- Я поговорю с Хозяином, - сказала она коротко. Голос ее стал жестче. - А пока… иди отмывай пол на кухне. На второй этаж даже не ходи.

У меня подкосились колени от облегчения. Я не сдержалась - бросилась к ней, обхватила руками за шею, прижимаясь щекой к ее жесткому крахмальному воротнику.

- Спасибо, спасибо, спасибо! - зашептала я. - Еще никто обо мне так не заботился, как вы, мисс Фридман.

Она смутилась, слегка улыбнулась уголками губ и неловко похлопала меня по плечу.

- Ну будет, будет… Слезь, старая уже, задушишь.

Я отпустила ее, вытирая непрошеные слезы. Экономка покосилась на мое запястье и тихо спросила:

- Это кто-то из гостей?

Я замялась. Сердце забилось быстрее. Сказать или не сказать? А вдруг после моего признания станет всем только хуже? Вдруг она решит, что я сама напросилась, что я…

- Граф Торнвуд, - выдохнула почти беззвучно.

Экономка сжала губы в тонкую линию. Помолчала. Затем кивнула:

- Понятно. Иди завтракай. И сразу после - мыть пол. Ни о чем не думай, работай.

Я послушно кивнула и выскользнула из кладовой.

Весь день только и делала, что тщательно натирала на кухне пол, стараясь выкинуть из головы все тревожные мысли. Щетка ходила взад-вперед, вода в ведре темнела, руки ныли, но это было даже хорошо - боль отвлекала.

Когда я наконец подняла голову, чтобы размять затекшую шею, то заметила, как новенькие горничные собираются в стайки и шушукаются, показывая на меня пальцем. Одна из них - тоненькая, с острым носиком что-то шепнула другой, и обе прыснули со смеху, прикрывая рты ладошками.

Я отвернулась и с новой силой принялась тереть пол.

Знала бы, что так обернется… все равно бы спасла Генерала. Жалко ведь мужика.

Я вздохнула и замерла на мгновение, глядя в мыльную воду. Надо будет попросить у него, чтобы быстрее решил свои проблемы и отпустил меня на новое место. А в качестве благодарности запросить рекомендательное письмо. Надеюсь, он не откажет - после того, что мне пришлось и еще предстоит вытерпеть.

До самого вечера мисс Фридман ко мне не приходила. Я то и дело оглядывалась на дверь, прислушивалась к шагам в коридоре - но нет.

Ближе к ночи я начала волноваться. Оставаться одной в комнате мне не хотелось, но выбирать не приходилось. Марта уже ушла на работу, а других подруг у меня здесь нет.

Я заперлась изнутри, пододвинула к двери стул и приготовилась ждать. Сидела на кровати, сжимая в руках край одеяла, и вслушивалась в каждый шорох.

Ближе к трем часам ночи сон сморил меня. Я опустила голову на подушку и провалилась в тяжелую, вязкую дремоту.

Сквозь сон я услышала стук. Громкий. Уверенный. Три удара.

Я вскочила мгновенно, словно меня окатили ледяной водой. Сердце колотилось бешено. Я даже спрашивать не стала - и так знала, кому не терпится со мной «поразвлечься».

В темноте нащупала то, что приготовила заранее - полный ночной горшок. Тяжелый, керамический, с прохладными гладкими боками.

Надеюсь, это сможет усмирить пыл моего навязчивого поклонника.

На цыпочках подошла к двери, занесла горшок над головой и отдернула засов.

Дверь распахнулась.

Никого.

- Как это?! - выдохнула я.

И только сделала шаг вперед, как кто-то резко схватил меня за руку. Горшок выскользнул из пальцев, перевернулся в воздухе, и все нечистоты вылились на ... чистый новенький Генеральский камзол.

- Ты чего творишь?! - зарычал граф, а я вжала голову в плечи и зажмурилась.

ГЛАВА 16

Я стояла, вжав голову в плечи, и умоляла, чтобы это все оказалось дурным сном. Но сон, как назло, не пропадал, а вот Генерал продолжал стоять напротив, с мокрым, зловонным пятном на груди, расползающимся по дорогому сукну.

- Ты… - выдохнул он, и в голосе его слышалась такая смесь ярости и изумления, что я невольно поежилась. - Ты хоть понимаешь, сколько этот камзол стоит?