Я должна справиться.

Положив одну руку на лед, я осторожно призвала огонь. Пламя сразу откликнулось на мой зов, и по спине побежали мурашки – я обожала это чувство. Затем, затаив дыхание, я поднесла вторую руку и призвала воздух, постепенно закручивая вокруг пламени потоки ветра, придерживая и направляя каждый импульс в глыбу льда.

Медленно, секунда за секундой, я высвобождала пламя, удерживая его в воздушной спирали и не позволяя подойти слишком близко.

В аудитории воцарилась тишина.

Сайлс Норд нахмурился, а Эмиральд подался чуть ближе, не сводя змеиных глаз с цветка, вокруг которого кружило живое пламя, подчиненное потокам воздуха.

Но я не останавливалась.

Я двигалась плавно, растапливая лед миллиметр за миллиметром, чувствуя, как стихии отзываются внутри меня, а метка на груди разгорается все сильнее, словно усиливая контроль.

Не знаю, как описать это чувство, но я словно стала единым целым с магией. Я дышала в одном ритме с пламенем, ощущала его жар, тонкую границу в потоках воздуха, и на мгновение мне даже показалось, что это не кристаллы – а я сама управляю стихиями.

И в какой-то момент я так увлеклась, что едва не коснулась тонких лепестков – и тут же развеяла обе стихии.

Затем опустила руки…

А передо мной, в горшке, стоял живой, нетронутый цветок – будто его никогда не сковывал лед.

Я изумленно смотрела на него, едва веря своим глазам.

У меня получилось?

– Задание выполнено идеально, – раздался голос Сайлса Норда. Он сдержанно, но отчетливо хлопнул в ладоши, нарушая звенящую тишину. – Билет на ежегодный Бал Драконов ваш, мисс Уайт!

Я не могла поверить в происходящее.

Как вдруг Беатрис резко поднялась со своего места.

– Это невозможно! – резко бросила она, и ее голос прозвучал на всю аудиторию. – Мистер Норд, она жульничает. Здесь что-то нечисто – проверьте ее!

Я, кажется, перестала дышать.

19.

В аудитории вновь воцарилась тишина, даже Эмиральд как будто насторожился.

Я стояла перед аудиторией, чувствуя, как сердце оглушительно бьется в груди, а взгляды всех учеников прикованы ко мне.

Но Беатрис явно не собиралась останавливаться.

Ее руки были сжаты в кулаки, брови сошлись на переносице, а на виске от напряжения проступила тонкая вена.

– Что вы имеете в виду, мисс Коулчен? – холодно произнес Сайлс Норд, переведя на нее тяжелый, испытующий взгляд.

Брюнетка слегка встрепенулась, словно собираясь с духом, а затем продолжила:

– Я считаю, магистр, что Мелина Уайт жульничает, – повторила она, чуть вскинув подбородок. – В последнее время ей удаются слишком сложные и уж чересчур «виртуозные» приемы.

Я не смела пошевелиться.

Конечно же, она права. Совершенно точно и полностью.

Но признаться в этом я не могла.

Я стояла под всеобщими взглядами и пыталась сохранить невозмутимый вид, будто происходящее не имеет ко мне никакого отношения.

Ногти до боли впивались в ладони, под блузкой пылала метка собственности, а по спине медленно стекала капля пота.

Если Сайлс Норд сейчас решит меня проверить – мне конец!

– Это очень серьезное заявление, мисс Коулчен… – начал он, выходя из-за стола и останавливаясь посреди аудитории. – Вы обвиняете мисс Уайт в незаконном использовании магии, что означает ее незамедлительное отчисление.

Боюсь, меня ждет нечто похуже отчисления, если все узнают, кто я на самом деле.

Беатрис лишь вскинула подбородок и чуть сильнее сжала пальцы в кулаки. Я видела, как она нервничает, как бледнеет ее лицо, но в глазах по-прежнему читалась уверенность.

– Я лишь хочу справедливости, – продолжила она нервно. – Прошу вас, магистр, проверьте Мелину Уайт на использование запретных рун или каких-либо артефактов.

Мое сердце ухнуло вниз.

Пульс ускорился, жар и холод одновременно прошибли насквозь. Как бы меня сейчас ни проверили – я виновна в любом случае...

В карманах лежат редкие магические кристаллы, а на груди пылает древняя руна первородных.

Это конец!

Магистр Норд внезапно повернулся ко мне, пронзая холодным взглядом серых глаз, от которого по коже пробежал мороз.

– Мисс Уайт, вы подтверждаете слова мисс Коулчен? – хмуро произнес он, и его тон заставил меня внутренне сжаться.

Я смотрела ему в глаза и не смела шевельнуться.

В аудитории снова послышались перешептывания, а Беатрис самодовольно усмехнулась, явно уловив мое замешательство.

Врать не хотелось. Совесть болезненно ныла, но у меня не было выбора.

– Нет, магистр, – твердо ответила я, и собственный голос прозвучал неожиданно спокойно и уверенно.

Сайлс Норд продолжал смотреть на меня хмуро и внимательно. После слов Беатрис он словно что-то заподозрил и теперь пытался докопаться до истины, а его драгон медленно подбирался ближе, и его светло-голубая чешуя холодно поблескивала между рядов.