— Никто не может предсказать будущее, даже я. Правда в том, что прямо сейчас я хочу тебя и только тебя.

— Да, но ты сам сказал, чтобы ни было между нами, со временем угаснет.

Он дергает манжету рубашки, его выражение лица напряженное.

— Не можем ли мы не говорить об этом в день нашей свадьбы?

Нахмурившись, я качаю головой:

— Теперь ты меня путаешь. Я всего лишь повторяла наше соглашение и нашу договоренность.

— И зачем? Ты уже устала от меня, пока чернила на брачном свидетельстве не высохли? Ты уже присмотрела себе следующее завоевание? Он гость на нашей свадьбе?

Я провожу зубами по нижней губе, пока упорядочиваю мысли. "Думай, прежде чем говорить" было мантрой моего отца.

— Во-первых, у меня нет завоеваний. Во-вторых, нет, я от тебя не устала, но если ты не прекратишь этот тон, ты обнаружишь, что стоишь в одиночестве на собственном свадебном приеме, объясняя гостям, что не знаешь, где твоя новобрачная. Что с тобой такое?

Он проводит рукой по лицу и тяжело вздыхает.

— Черт. Прости, Герцогиня. Я не знаю, почему я сорвался.

Желая внести немного юмора в ситуацию, которая переросла в нечто слишком серьезное, я тянусь к его руке и сжимаю:

— Нервы перед брачной ночью? Боишься, что облажаешься?

На секунду он замирает, а затем разражается смехом:

— Ты даже не представляешь, как ты на меня хорошо влияешь.

Прежде чем я успеваю ответить, задняя дверца открывается. Я даже не поняла, что машина остановилась. Персонал выстроился в линию, когда мы выходим, и начинаются массовые аплодисменты. Не привыкшая к такому количеству внимания, я краснею и опускаю голову, идя как можно быстрее мимо сияющих улыбок и возгласов поздравлений.

Судя по всему, ожидается, что мы лично поприветствуем каждого гостя, и после того, как я пожала более пятисот рук и поблагодарила людей за поздравления, у меня болит горло, ладонь нежная и красная. Тем не менее, приятно снова увидеть Дестини и Лориса, и она повторила свое приглашение в Монтфорт-холл.

Укус угрызений совести гложет мои внутренности. Вот еще два человека, которым я лгу. Еще двое, которые оглянутся на каждое наше взаимодействие и будут гадать, как они могли не заметить такую манипулятивную лгунью.

Масштаб события и ядовитый обман, текущий по моим венам, становятся невыносимыми. Я замечаю Джульетту на другом конце огромной бальной комнаты, где она беседует с женщиной средних лет с рыжими волосами. Я дергаю подбородком и наклоняю голову, и она мгновенно распознает мой тонкий сигнал SOS. Высвободившись, она скользит сквозь бесчисленных гостей, стоящих небольшими группами, и просовывает свою руку под мою.

— Кристиан, надеюсь, ты не возражаешь, но я украду мою девочку на несколько минут.

— А если я возражаю? — Его глаза сверкают, губы изгибаются вверх.

— Ну, тогда я просто останусь здесь и поболтаю с вами обоими. Я говорила тебе, что на этой неделе отправила три письма своему местному советнику насчет выбоины в конце моей улицы? Он…

Кристиан вскидывает руки, прижимая их к голове по бокам:

— Сдаюсь. Пожалуйста, хватит жалоб на состояние британских дорог.

Джульетта озорно ухмыляется и ведет меня в тихую часть бальной комнаты. Она откуда-то достает пару бокалов шампанского и передает один мне.

— Как ты держишься?

— Кончиками пальцев. — Я медленно выдыхаю. — Это многовато. Не думаю, что осознавала, насколько тяжелым это будет. Я... я сожалею. Кажется, я совершила ужасную ошибку.

— В смысле, выйти замуж за Кристиана?

Я качаю головой:

— Все это. — Я оглядываюсь, чтобы проверить, нет ли никого поблизости, и понижаю голос до едва слышного шепота. — Фальшивая биография, ложь, невинные наблюдатели, которые пострадают от того, что я планирую сделать. Не уверена, что смогу продолжать.

— Я знала, что это будет трудно для тебя. Ты всегда была таким открытым, честным человеком. Но посмотри на это так. Теперь, когда ты замужем, ты будешь видеть Кристиана гораздо больше, а значит, твои шансы узнать, что случилось, намного выше. При удаче он признается во сне.

Она ухмыляется, и я тоже ловлю себя на улыбке. Вот такая Джульетта. Она всегда умудряется внести легкость в самые серьезные ситуации.

— Ты права. Я справлюсь. Справлюсь.

— Да, справишься. Я верю в тебя, и я здесь для тебя. Ты не одна, даже если может так казаться. Ты одна из самых сильных и решительных людей, которых я знаю. Ты будешь здесь недолго, я уверена.

— Ты права. Я просто должна быть начеку, искать возможности, помнить, зачем я здесь, и сделать это.

О, и каким-то образом перестать влюбляться в очаровательного миллиардера. Только, когда я смотрю через комнату и вижу Кристиана, смотрящего на меня с выражением безрассудной похоти, у меня возникает ужасное чувство, что уже слишком поздно.

Глава двадцать вторая

Кристиан