Но, конечно, MASQ не совсем пуст. Делла стоит на кухне, уперев руки в бёдра. Мягкое розовое платье прекрасно подчёркивает её тёмную кожу, но, судя по выражению лица, этот яркий цвет совершенно не соответствует её настроению.

— Мне не нравится, когда незваные мужчины колотят в мою заднюю дверь и разгуливают по моим коридорам в такую рань, Айверсон, — говорит она строго.

— Этого больше не повторится, — обещаю я, поднимая руки в примирительном жесте.

В её карих глазах сверкает сталь.

— Проследи за этим.

Я опускаю голову, глядя на плитку под ногами, направляясь к двери. Когда Делла меня отчитывает, я невольно возвращаюсь в детство. Я постоянно попадала в неприятности с ней и Леоной, всё время трогала то, что не следовало. Хотя сейчас она действительно сердится, мне приходится прикусить губу, чтобы не улыбнуться с ностальгией. На мгновение всё становится таким, каким было раньше.

Стоит мне выйти наружу, как дверь с грохотом захлопывается за моей спиной. С той стороны раздаются щелчки и глухие удары — она запирает все замки. Её паранойя была бы забавной, если бы не была такой печальной.

Торн стоит в нескольких футах от меня, и от него буквально исходит злость, хотя он держится слишком неподвижно. Если бы мне нужно было описать его одним словом, это было бы «сдержанный». Дождь пропитал его одежду, плотно облепляя тело.

— Чародей не захотел присоединиться к нам? — спрашивает он, и его голос слишком мягкий.

Я скрещиваю руки на груди.

— У него уже были планы.

— И снова он бросает тебя, чтобы спасти себя. — Торн делает несколько шагов ближе. — Отличный друг.

Я отступаю назад, упираясь в кирпичную стену.

— Как я уже сказала, мы не так близки.

Он приближается, сокращая расстояние между нами.

— Ты солгала мне.

— Ты много раз лгал мне. — Я поднимаю подбородок, встречаясь с его взглядом, между нами остаётся не больше дюйма.

Мышца дёргается у него на челюсти.

— Вы двое выглядели там довольно… близкими.

Моё лицо вспыхивает от этого намёка.

— Ревнуешь?

Он коротко смеётся, и его дыхание скользит по моей щеке.

— Скорее чувствую себя обманутым. Мне не нравится, когда меня водят за нос.

— А мне не нравится, что ты ожидаешь от меня полной откровенности, при этом сам ничего не рассказываешь, — говорю я, поражаясь тому, насколько это правда. Мне надоело оставаться в неведении рядом с теми, кто требует от меня безусловной преданности.

— Жаль, миледи. — Один уголок его губ приподнимается в полуулыбке. — Так всё и работает. Если тебя это не устраивает, обсуди это со своим любовником.

Моя рука взмывает в воздух без моего разрешения и замирает в сантиметре от его щеки, когда он перехватывает моё запястье. Кожа его перчаток мягкая там, где пальцы сжимаются вокруг моей кожи, что совершенно не вяжется с гневом, тлеющим в его голубых глазах. Он нависает надо мной, прижимая мою руку к стене над головой.

— Что я тебе говорил, Ангел? — требует Торн, и его голос становится ниже. — Никогда не прикасайся ко мне.

— Поверь, — говорю я, — прикасаться к тебе — последнее, чего мне хочется.

Его челюсть напрягается, когда его взгляд скользит к моим губам. Моё тело тяжелеет, и нежелательное тепло оседает внизу живота. Ощущение только усиливается, когда его большой палец медленно проводит по моему запястью.

Моё внимание цепляется за каплю дождя, скользящую по его лицу, проходящую мимо веснушек на щеках и срывающуюся с подбородка. Дрожь пробегает по мне, когда я снова встречаюсь с его взглядом. Серебристые вкрапления в его бледно-голубых радужках сводят с ума. Неправильно, что кто-то может быть настолько красивым. Не отдавая себе отчёта, я приподнимаюсь на носки, сокращая расстояние между нами ещё сильнее. Мы оба дышим чаще, наши груди почти касаются друг друга при каждом вдохе. Было бы так просто наклониться вперёд и⁠…

— Айви? — мужской голос раздаётся, разрушая странное оцепенение между нами.

Торн исчезает в тот же миг.

Словно я держалась только за счёт его присутствия, я едва не сползаю на землю. К счастью, никто не замечает, как я в последний момент удерживаюсь. Я нахожу Жнеца — он стоит ко мне спиной и смотрит на незваного гостя, как хищник, оценивающий добычу. В нескольких футах от него стоит Нолан, жених Морвен. Его светло-каштановые волосы прилипли ко лбу под проливным дождём. Вместо того чтобы укрыться внутри, он замер у задней двери своей пекарни. Его кадык дёргается, когда он замечает напряжённую позу Торна. Я не упускаю, как Нолан выпрямляется и расправляет плечи в ответ.

— Всё в порядке, леди Айверсон? — спрашивает Нолан, и его голос звучит ниже обычного.

— Я в порядке, — уверяю я, не сводя взгляда с Торна и осторожно делая шаг в его сторону. — Возвращайся внутрь.

Судя по тяжёлому хлопку двери, он послушался.