Тут бы поединок и закончился, если бы внезапная белая вспышка под ногами не отвлекла внимание дуэлянта. Вспыхнули реактивы — традиционная смесь магния с белым фосфором, хоть и в куда меньшем количестве, чем в гранатах, что использовались против тварей Порчи.

— Бесчестие, — выдохнул Скелли, — Ты нарушаешь условия поединка?!

— Полноте, милорд, — ответил Килиан, пользуясь моментом, чтобы перевести дыхание... и заодно набрать побольше воздуха в грудь.

Озвучить свой ответ, однако, было все же необходимо.

— В условиях поединка запрещалось стрелковое оружие. Этим флакончиком я не стрелял.

Из разбитого флакона, что он держал за спиной в начале боя и бросил под ноги во время уклонения от удара, повалил густой черный дым. Краем глаза ученый заметил, как подались назад зрители, не рискуя вдыхать подозрительное вещество. Разумно, в принципе. Хотя то, что сам виновник оставался в эпицентре, могло бы навести их на определенные мысли.

— Колдовство! — возмущенно воскликнул Скелли.

— Чистая наука, — осклабился Килиан, — В Университете учат не только приемам двадцатилетней давности.

На этом он вынужден был прекратить перепалку: черный дым достиг уровня его лица, затрудняя дыхание — и скрывая бойцов друг от друга. Соединение нитрата бария с сахарным спиртом горит недолго, но он был уверен, что этого времени ему хватит с лихвой.

Дастин Скелли все еще был гораздо более опытным фехтовальщиком, а дым закрывал обзор обоим в равной мере. Однако слишком ошеломило его изменение обстановки. Опытный бретер оказался не готов к непривычной ситуации и потому фатально упустил инициативу.

Постоянно отступая, Скелли отражал град ударов, которые обрушивал на него Килиан. Он не пытался атаковать сам: не имея возможности видеть противника, он полностью сосредоточился на защите. Постепенно в атаках вырисовался постоянный ритм, и дуэлянт вздохнул свободнее...

На какие-то секунды. Ибо именно этого и ждал бывший адепт, чтобы принять демоническую трансформацию. С тихим щелчком разделились клинки. Ритм сбился, скорость атаки резко возросла, — к чему Скелли не был готов.

Три удара с двух сторон. И вот, с характерным звуком протыкаемой плоти одна из шпаг натыкается на что-то мягкое.

Когда дым рассеялся, все было уже кончено. Снова в человеческом обличье, Килиан стоял над телом поверженного противника, небрежно помахивая окровавленными клинками. Народ безмолвствовал.

— Господа, — подал голос ученый, — Если кто-то из вас считает, что я победил бесчестно, попрошу высказаться прямо сейчас.

Собравшиеся дворяне переглядывались между собой. Несомненно, некоторые из них (возможно, даже многие) именно так и считали. Несомненно, если бы он спросил кого-то из них адресно, они бы ответили, и тогда дело шло бы к новому поединку. Но несомненно также, что никто не желал быть первым. Такова человеческая природа: если есть возможность спихнуть ответственность на других, большинство людей это с удовольствием делают.

Молчание затягивалось. И вот, наконец, Килиан счел, что времени им было дано достаточно.

— В таком случае, ни у кого нет возражений, что эта победа была одержана по всем законам чести и обычаям Идаволла. Лаэрт, позаботься, чтобы условия поединка были соблюдены до конца.

Здесь подала голос Королева-Регент:

— Может быть, ваша победа и одержана по обычаям Идаволла. Но я нахожу ваше поведение вопиюще неприемлемым, барон Реммен. Покиньте мой дворец. Немедленно.

Килиан невозмутимо дернул плечом:

— Как пожелает хозяйка мероприятия. Передайте Его Величеству мои пожелания долгого и удачного правления. Веселого праздника, господа.

Отсалютовав шпагой собравшимся, он развернулся и твердым шагом направился на выход.

Какое-то время Лана разрывалась, идти ли за Кили, или остаться. Эта дуэль... Все это... это было вопиюще неправильно!

Но к сожалению, все развивалось слишком быстро, и вмешаться она не могла. Попросту не успела придумать, что делать.

Зато после поединка она, пока дворяне возвращались в главный зал, решительным шагом подошла к Лейле.

— Это неправильно! — сходу выпалила она.

Подруга поморщилась:

— К сожалению. Но идаволльцы много внимания уделяют своим дуэльным традициям, и я пока не могу пойти против них. Хорошо еще, он не потребовал, чтобы леди Ивейн при его победе отправилась с ним; по обычаю он имел на это право, и я не смогла бы помешать.

— Я не о том, — поморщилась девушка, — Идаволльские дуэльные традиции — это дикость, но с ними все понятно. Но именно эта дуэль была спровоцирована!

— Ты тоже это заметила? — мрачно улыбнулась королева, — Да, это так. В этом нет никаких сомнений. Надеюсь, теперь ты не будешь защищать своего «друга»?

— В смысле? — не поняла Лана.

Лейла вздохнула:

— Я открою тебе небольшой секрет. Сегодня, после бала, лорд Дастин Скелли передал бы мне информацию о готовящемся заговоре против меня. Он знал имена тех, кто нацелился на мою корону, знал, кого они хотят объявить королем вместо меня.