– Вот ты-то мне и нужен, дружок... – тихо высказался я и аккуратненько двинулся к поленице.

Мимоходом, не задерживаясь на месте, ловко схватил животину за шкирку.

Кот от такой наглости даже мяукнуть не успел. Он просто обвис в моей руке, как меховая муфта. Уставился на меня единственным целым глазом с немым вопросом: "Ты серьезно, начальник?".

Я придал рыжего, облезлого кота к груди, и с максимально озабоченным видом, короткими перебежками нырнул за угол.

Обогнул здание. Оказался на заднем дворе. Ну да. Сад, конечно, шикарный. И одуванчики. Все как положено.

Первый этаж здесь был высоким из-за цоколя, но ветви старых яблонь почти упирались во второй.

– Вот и чудно... Ну что? Готов послужить Родине? – Я поднял кота за шкирку, а потом одним движением закинул его на дерево, стоявшее к нужному окну ближе всего.

Рыжий вцепился когтями в кору, зашипел так, что любая кобра сдохла бы от зависти. Посмотрел на меня сверху вниз. В его взгляде читалось явное обещание нассать в мои сапоги при первой же возможности. Если мы еще когда-нибудь встретимся в этой жизни.

— Сиди и не возмущайся, герой, — тихо велел я животине, – Мы с тобой спасаем Победу.

Кот злобно прижал уши, демонстративно отвернулся. Всем своим видом он показывал, что в гробу видал таких спасателей.

Плевать. Главное – у меня теперь есть легенда. Если какой-нибудь бдительный солдатик срисует лейтенанта на дереве, можно будет сослаться на внезапный приступ любви к братьям нашим меньшим.

Вскарабкался на дерево. Примерился. До нужного окна оставалось метра полтора.

Встал на толстый сук, балансируя, как чертов канатоходец. При этом старался контролировать периметр на предмет появления случайных свидетелей.

Кот, сидевший на соседней ветке, уставился на меня как на умалишенного. Судя по его наглой физиономии, он явно надеялся, что я сорвусь вниз.

Добрался почти до края. Дальше нельзя, ветка становится слишком тонкой. Прикинул расстояние. Снова оглянулся по сторонам. Мне чертовски везло. Это факт. Задний двор был совершенно пуст. Даже водилы, которые любят прикемарить под яблоньками, куда-то запропастились.

Сосчитал до трех, приготовился. Рывок.

В глазах от боли резко взорвалось звездное небо. Не знаю, каким чудом я не свалился вниз. Машинально закусил губу так, что во рту появился вкус крови. Могу представить, что бы со мной было, не сделай врач укол.

Пальцы намертво вцепились в подоконник. Я буквально кожей чувствовал, как нитки кетгута режут воспаленную плоть. Извиваясь ужом, скользнул внутрь кабинета через приоткрытую фрамугу. Пару минут просто сидел на полу, прислонившись спиной к батарее. Учился заново дышать.

Тихонько встал на ноги. Количество звезд в глазах сократилось, но не до конца.

Бесшумно подошел к массивному столу. Там лежали две аккуратные стопки бумаг. Похоже на отчеты о проделанной работе. Нет... Не стал бы майор тут держать свой донос.

Покрутился на месте, пытаясь мыслить как Мельников. Куда бы я на его месте спрятал служебную записку?

Внезапно мой взгляд остановился на потрете Дзержинского. Он висел прямо над креслом. Железный Феликс смотрел холодно и пронзительно. Будто знает обо мне вообще все.

–Да ладно... – шепнул себе под нос, – Хотя... В этом что-то есть.

Подошел к портрету. Осторожно отодвинул нижний край тяжелой рамы. В одном месте между холстом и подрамником что-то топорщилось. Просунул пальцы, нащупал шероховатую бумагу – тонкий конверт, приклеенный на каплю воска. Аккуратно оторвал письмо.

Внутри был один-единственный лист. Почерк ровный, каллиграфический.

«Начальнику ГУКР СМЕРШ Абакумову В.С. Докладная записка. Довожу до вашего сведения, что лейтенант Соколов А.И... является глубоко внедренным агентом...»

Сволочь Мельников написал ровно все то, о чем говорил в Золотухино, когда явился за ампулой. В своём доносе он требовал "провести полную проверку довоенного прошлого с привлечением свидетелей".

Я усмехнулся сам себе, покачал головой. Сложил листок, сунул в глубокий карман галифе.

В этот момент в коридоре за дверью раздались голоса и тяжёлые шаги. Судя по всему, двое или трое человек подошли прямо к комнате.

–... Так мы разве не должны дождаться товарищей из Москвы...

Я замер, мысленно выматерился. Конкретно этот голос принадлежал Назарову. И он находился в опасной близости от двери кабинета, где меня точно не должно быть.

— ...Вадис лично приказал, — вторым был подполковник Борисов, — Майор, готовь опись. Александр Анатольевич ждёт отчета. Ситуация... Ну сам понимаешь. Наше дело маленькое. Велено проверить до приезда комиссии, вот и проверяем. Открывай.

Глава 8

Ситуация — лучше не придумаешь. Еще несколько минут, и здесь появятся Борисов с Назаровым. Им моя сказочка про спасение облезлого рыжего кота точно не зайдет.

Я одним прыжком переместился к окну. И, хочу сказать, сделать это бесшумно в тяжелых армейских сапогах было очень непросто.