Я приподняла брови, когда он подошёл и начал закатывать рукава рубашки, обнажая слегка загорелые предплечья, волосы на которых были темнее, чем на голове. У Джонатана была успешная инвестиционная компания, я представляла, что при такой профессии он должен отлично разбираться в цифрах. Он подошёл совсем близко, между нами оставалось не больше дюйма, когда он наклонился, чтобы собрать чеки. Меня тут же накрыла волна его запаха — лёгкий одеколон и что-то ещё, его собственное. Мужской запах. Это было крайне некстати, учитывая моё недавнее осознание того, что меня к нему тянет. От его близости по шее пробежали мурашки, и я с восхищением наблюдала, как он сосредоточенно перебирает чеки.

Меня поразила его скорость. Казалось, он складывал всё в уме, не пользуясь калькулятором, как я. Всё это время я сидела, пытаясь заставить сердце перестать так бешено колотиться от его тепла рядом со мной, от случайных касаний его руки, когда он двигался.

Закончив, он повернулся ко мне. На мгновение между нами повисла тишина, когда он осознал, насколько близко мы находимся. Я была уверена, что его зрачки расширились, а взгляд на долю секунды скользнул к моим губам, прежде чем он собрался и отступил, выпрямляясь. Он прочистил горло.

— По чекам не хватает ста пятидесяти трёх евро и семидесяти двух центов. У тебя так же получилось?

— Да, — ответила я, удивлённая и тем, как быстро он справился, и тем, что считал в уме. — Это было впечатляюще. Ты в школе был силён в математике?

Его губы едва заметно дёрнулись.

— Что-то в этом роде.

Он посмотрел на меня сверху вниз, скрестив руки на груди. Почему я никак не могла перестать пялиться на его предплечья?

— Итак, — продолжил он. — У кого ещё есть доступ к мелкой кассе?

— Только у моей административной помощницы, Рины. Думаю, возможно, не хватает каких-то чеков. Сейчас она на обеде, но я спрошу её, когда она вернётся.

— Ты думаешь, она могла потратить деньги сама и собиралась вернуть их до того, как ты заметишь? — поинтересовался Джонатан.

— Боже, нет. Рина никогда бы так не поступила. Я ей доверяю.

— Тогда кто-то должен был получить доступ к сейфу и украсть деньги.

— Нет, здесь нет никого, кто стал бы воровать. Просто потерялись чеки. Я в этом уверена.

— Если ты так считаешь, — сказал Джонатан, обходя мой стол; его высокий силуэт вдруг сделал кабинет ощутимо меньше.

Я откинулась на спинку стула, когда он снова сел напротив, но его слова заставили меня занервничать. А что, если никаких чеков нет, и кто-то действительно забрал деньги? Они хранились в запираемом ящике. Ключи были только у меня и у Рины, но в последнее время я была так рассеянна. Кто-то вполне мог взять ключ и вернуть его на место прежде, чем я заметила пропажу. Да, в масштабах всего происходящего сумма была небольшой, но я не могла позволить сотруднику украсть и выйти сухим из воды. И если это был кто-то из персонала, кто сказал, что он не воровал и у жильцов? От этой мысли у меня неприятно скрутило живот.

С другой стороны, это мог быть кто угодно из множества посетителей, которые ежедневно приходили и уходили из здания. Слишком много возможных подозреваемых.

И тут я вспомнила Ханну, которая как ни в чём не бывало сидела в моём кабинете, пока я брала отгул из-за похорон. Она могла это сделать. Нет. Не Ханна. Она бы не стала. Хотя… у неё и Кахала был роман за моей спиной. Неподтверждённый, конечно, но интуиция меня редко подводила в подобных вещах.

Я всё ещё была погружена в мысли, когда в дверь постучали, и тут же в щель заглянула Рина. Увидев Джонатана, она вскинула брови, а на лице появилось виноватое выражение.

— Прости, я не знала, что у тебя гости, Ада.

— Всё в порядке, Рина. Это Джонатан Оукс, сын моей покойной мачехи, — сказала я, представляя его, хотя Рина наверняка и так знала, кто он.

— Очень приятно, — вежливо улыбнулся он.

— Взаимно, — ответила Рина, слегка покраснев, и снова посмотрела на меня. — Я просто хотела сказать, что Альф хочет поговорить с тобой насчёт ремонта ограждения в задней части садов.

— Хорошо, я найду его позже, — сказала я и тут заметила, как Джонатан многозначительно смотрит на меня, словно говоря: спроси её про чеки. — А, и эм… ты не знаешь, не пропали ли какие-нибудь чеки из мелкой кассы?

Рина нахмурилась.

— Нет, всё на месте. А что?

Я сжала губы, бросила взгляд на Джонатана и снова посмотрела на Рину: — Тогда выходит, что у нас завёлся вор. Пропало больше ста пятидесяти евро.

Брови Рины взлетели вверх.

— Что? Это невозможно. Клянусь, Ада, я бы никогда...

— Пожалуйста, я тебя не подозреваю. Но кто-то другой мог взять ключ у одной из нас и вернуть его, прежде чем мы заметили.

Рина задумчиво постучала пальцем по подбородку; её выражение стало подозрительным. Затем она понизила голос, шагнула глубже в кабинет и закрыла за собой дверь.