— Это существо точно нечисть. Оно не способно распознать обман или даже сарказм. Бездумное и безвольное создание, строго следующее предписанной роли. Мой отец использовал Понтия под прикрытием того, что помогает ему построить современный город, чтобы добыть из разных миров необходимые материалы. Так он создал это устройство, способное принять весь твой дар. Вспомни, что произошло с башней — она с трудом справлялась с этой задачей, веками вытягивая энергию по капле. Но план отца состоит в том, чтобы захватить все сразу и полностью. С башней не получилось, теперь на очереди другой метод. Он ищет нечто, что ему неподвластно. Ему нужно не просто обладать силой, а использовать ее для достижения чего-то большего!

Я чуть заметно нахмурилась, стараясь не выдать своих мыслей.

— «Он что-то ищет... ты прав. И, кажется, я знаю, что... вернее, кого!» — мысленно ответила я Адриану.

Глава 19

Мы молча сидели в шатре, который выделил нам Понтий, переваривая события. Необходимо было обдумать дальнейшие шаги. Михаэль не собирался сюда приходить; он ждал, когда мы выберем одну из дорог, которые он предусмотрительно разветвил на тысячи направлений, и любой выбор вел к неизбежному концу. Это напоминало игру, где ты заранее задумал пиковую даму и осторожно подводишь игрока к ней. Ты говоришь: перед тобой черные и красные карты, какую выберешь? Ответ: красные. Ты отвечаешь: отлично, остались черные, выбирай между пиками и трефами. Ответ: пики. Отлично, они делятся на фигурные и номерные. Ответ: номерные. Прекрасно, остались фигурные. И вот тебя ведут к той самой карте, словно слепого котенка, хотя тебе кажется, что ты сам принимаешь решения! Ты даже не догадываешься, что на каждом шагу делаешь лишь те выборы, которые уже предопределены. И чем бы ни закончились твои попытки, итог всегда один — пиковая дама.

— Рыбка, — неожиданно сказала я, прерывая затянувшуюся тишину. — Мне нужно поговорить с первой Потерянной ведьмой, Моной.

Все удивленно обернулись ко мне.

— Ты действительно думаешь... — начал Альбус.

— Я уверена, мне нужна правда! — отрезала я раздраженно. — Я устала от этой игры в прятки. У меня есть теория, но я не хочу ее обсуждать, пока не поговорю с Моной.

Рыбка задумалась, а потом сказала:

— Внутри меня звучат их голоса, иногда они что-то шепчут, но я не могу понять, кто именно это делает... О, подожди. — Рыбка замерла, прислушиваясь к чему-то. Затем она взглянула на меня и сказала:

— Ложись на пол, я проведу обряд, и ты с ней встретишься. Она нашла силы выбраться.

— Выбраться? — переспросил Адриан.

— Это именно то, что я услышала, — задумчиво ответила Рыбка.

Не раздумывая, я легла на пол и закрыла глаза. Рыбка начала шептать какие-то слова, которые казались мне знакомыми, но я не могла уловить их смысла. Сначала я почувствовала, как мое тело медленно погружается в странное состояние, словно я плыву в темной воде. Затем вокруг меня начало формироваться пространство, наполненное мягким, мерцающим светом.

Внезапно я оказалась в месте, окутанном туманной завесой. Передо мной раскинулась поляна, окруженная высокими деревьями, чьи ветви покачивались, словно были живыми. Воздух здесь был насыщен чем-то древним, почти осязаемым, словно само время замерло, чтобы наблюдать за происходящим.

В центре поляны стояла женщина, и я сразу поняла — это Мона, первая Потерянная ведьма. Ее волосы струились, как река, переливаясь в туманном свете, а глаза сияли древней мудростью, в которой сплелись боль и сила.

Мона впилась в меня пронзительным взглядом, словно видела не только мою оболочку, но и саму сущность моей души — все радости и горести, что я пережила. И наконец, нарушив тягучую тишину, она заговорила:

— Ты пришла за истиной, — ее голос звучал одновременно мягко и властно, как шепот ветра, несущийся сквозь века. — Я знаю, что волнует тебя, и помогу тебе разобраться.

Я сделала шаг вперед, чувствуя, как сердце начинает бешено колотиться. Волнение смешивалось с ожиданием, но я не могла отвести взгляда от ее лица. Мона протянула руку и осторожно коснулась моего лба. В тот же миг все вокруг начало меняться.

Я погрузилась в темноту. Это была не просто темнота, а глубокая, бесконечная пустота, в которой не существовало ни времени, ни пространства. Я оглядывалась вокруг, но видела лишь черноту, пока вдалеке не заметила яркий свет — мерцающий факел, словно маяк в этом мраке.

Я двинулась к свету, и с каждым шагом пространство вокруг меня становилось все более ощутимым. Когда я подошла ближе, то увидела Мону. Она стояла передо мной, но теперь ее облик изменился. Она была измождена, ее тело сковывали тяжелые цепи, прикованные к скале.

— Вот она, моя правда, — произнесла она, и ее голос дрогнул. В ее глазах блестели слезы, но в них все еще горела искра, не позволяющая ей сломаться.

Я замерла, чувствуя, как волна эмоций накрывает меня с головой.

— Кто это сделал с тобой? — прошептала я, едва сдерживая дрожь в голосе.

Мона посмотрела на меня, и в ее взгляде читалась боль, но и что-то еще — надежда.