Солнце умерло, поглощённое бурлящим океаном. Дрездиэль-Лекс расцвёл после его смерти, как цветок на могиле. Пирамиды и небоскрёбы отбрасывали свет во тьму. Горели артерии торговли. В кабинете на вершине обсидиановой пирамиды, где он когда-то сокрушил богов, Король в Красном попивал кофе и наблюдал за городом, который стал возможен благодаря его могуществу, за городом, который освещал его свет.

Землевладельцы и оборванцы прятались от этого света под дырявыми одеялами или в благоухающих пещерах ночных клубов и танцевальных залов. На другом конце города, у берега, пятеро студентов сбросили одежду и голышом побежали в холодную тёмную воду. Ночью Дрездиэль-Лекс превращался в сверкающий зверинец. Животные, запертые внутри, скреблись в прутья своих клеток.

Калеб приехал в Рейксблайт -центр пораньше. Это был чёрный квадратный корпус длиной в тысячу футов и высотой в четыре этажа. Здесь покупали, разделывали и продавали животных. Ничего не подозревающих свиней сотнями загоняли в помещения, где не чувствовалось никакого запаха смерти, настолько хорошо Ремесло центра очищало воздух от зловония и духовной скверны, связанной с убоем. Из этих помещений туши свиней попадали на колёса, в металлические челюсти и на конвейерные ленты. К тому времени, когда мясо попадало на прилавок, оно превращалось в кусок холодной плоти в маленькой коробке, и ничто не указывало на то, что оно когда-то визжало или валялось в грязи.

За два года до этого Король в Красном купил это место у Иллианы Рейксблайт, Бессмертной королевы, которая спроектировала центр, чтобы заменить павшую Богиню изобилия. После покупки Иллиана удалилась на остров, который она вырастила посреди далёкого океана, а Король в Красном занял её место. Каждый нож и каждая скотобойня стали продолжением его власти. Задача Калеба состояла в том, чтобы проверить работу предприятия и убедиться, что Рейксблайт -центр будет приносить достаточно прибыли, чтобы компенсировать операционные расходы. Центр оказался хорошей инвестицией, решил он после нескольких недель, в течение которых просыпался в холодном поту от кошмаров, в которых с него заживо сдирали кожу острыми вращающимися проволоками, а он улыбался. Король в Красном согласился с ним. Калеб получил повышение благодаря своим кошмарам, больше никогда не заходил в Рейксблайт-центр и на семь месяцев после заключения сделки отказался от мяса.

Он обогнул край парковки у центра. В Дрездиэль-Лексе никогда не бывает настоящей ночи, но теней хватало, чтобы спрятаться. Вскоре он добрался до переулка между центром и соседним складом, принадлежавшим концерну, занимавшемуся призывом демонов. Он нашел пожарную лестницу, встроенную в стену центра, и начал взбираться по ней.

Над провалом между зданиями промелькнули скалолазы, бесшумные, как падающие соколы, настолько стремительные, что он едва не упустил их из виду, моргнув.

Он стал взбираться быстрее, стараясь унять сердцебиение. Добравшись до верха лестницы, он выбрался на крышу и замер в изумлении.

Скалолазы ждали, выстроившись в боевой порядок.

Некоторые стояли, некоторые сидели на корточках на плоской черной крыше. Все они были разными, но в то же время похожими друг на друга. У кого-то были короткие волосы, у кого-то длинные, у кого-то густые, у кого-то тонкие, у кого-то татуировки, у кого-то нет, у кого-то пирсинг, кто-то в простой черной одежде, у кто-то в лоскутах разноцветной ткани, кто-то в кольчугах, у кто-то в мягких кожаных доспехах. Калеб почувствовал себя не в своей тарелке в своих джинсах и хлопковой рубашке.

Скалолазы не разговаривали ни с ним, ни друг с другом. Шум мог привлечь стражников и других нежелательных лиц. Они общались с помощью жестов и взглядов.

На него устремились пятьдесят любопытных взглядов. Он не обращал внимания ни на кого, кроме одного.

Кто-то провел на крыше белую линию с севера на юг. За этой линией город переходил в здания, а под ними, в небоскребы, спускавшиеся к черному океану и холодному песку.

Мэл стоял на линии, скрестив руки на груди, и ждал.

Когда он подошел к ней, воздух стал теплее. Она зачесала волосы назад и перевязала их кожаным ремешком.

— Я рада, что ты пришел, — сказала она.

Он подошел к ней по гравийной дорожке на крыше.

— Зачем ты за мной гонишься?

— Я пытаюсь защитить город. — Он сделал еще шаг. — И тебя.

Бегуны наблюдали за ними.

Десять футов. Пять.

— Это тебе нужна защита, — сказала она.

Три. Два. Один. Он почувствовал запах пота, сандалового дерева и кожи. Рискну. Он потянулся к ней.

Он моргнул.

Когда его глаза открылись, Мэл уже была на полпути к краю крыши и набирала скорость. Калеб не успел пригнуться: он упал вперед, зацепился за что-то ногой, оттолкнулся от земли, снова упал и снова зацепился, скорее кувыркаясь, чем бежал за ней.

Мэл первой добралась до края крыши и спрыгнула в пристройку, которая была на этаж ниже склада. Она перекатилась, а Калеб прыгнул в зияющую пропасть.

12