Сразу после завтрака Ив утаскивает Беллу в гостиную.

— Поможешь? — спрашивает она, протягивая палетку макияжа, которую Хэйвен получила от моей бывшей жены. — Я хочу бабочку на щеке.

Белла переводит взгляд на меня. В ее глазах смесь «спаси меня» и «что мне делать?». Я ухмыляюсь и качаю головой. Ты сама по себе.

— Я попробую, — говорит она младшей, — но я не очень хорошо рисую. Ладно, садись сюда...

У кухонного островка Мария что-то напевает себе под нос, протирая мрамор. Заметив, что я наблюдаю, она показывает не слишком-то завуалированный большой палец вверх.

— Отличная работа, — говорит она.

Что ж.

— Спасибо, — если и мать, и экономка одобряют... возможно, опасения напрасны.

Наступает полдень, прежде чем нам с Беллой удается остаться наедине. Девочки убежали играть в домик на дереве под присмотром Марии. Это суббота не похожа ни на одну из тех, что были у меня за последние годы — без давящей необходимости работать, с взрослым человеком в доме, который не является членом семьи, с ощущением возможности, витающим в воздухе.

Белла тянет меня в гостиную и усаживает на диван. Я обнимаю ее и вдыхаю запах. Шампунь, духи и что-то еще — теплая кожа и женщина. Я хочу держать ее так вечно.

— Итан, — шепчет она.

— М-м?

Она отстраняется, положив руку мне на грудь.

— Мне нужно тебе кое-что сказать.

— Хорошо, — пальцы переплетаются в ее волосах, мягких и шелковистых.

— Помнишь, когда мы впервые встретились?

— Конечно, помню. Ты пришла познакомиться с брауни в стиле «я-хочу-узнать-тебя-поближе».

— Да, точно, — она глубоко вздыхает. — И ты спросил, кто я такая, что вообще здесь делаю. Ну, вообще-то вроде как сам за меня додумал. И...

Звук дверного звонка у ворот разносится по всему дому, усиленный встроенными динамиками.

— Черт, — говорю я. — Прости, я вижу, что это важно.

Она кивает.

— Но может подождать. Ты кого-то ждешь?

— Вовсе нет, — говорю я, направляясь в прихожую. Лицо на интеркоме настолько же знакомое, насколько и некстати в данный момент.

— Ты здесь?

Голос младшего брата отзывается эхом.

— Да, а ты там. Рад, что мы это выяснили.

Ехидный засранец, вероятно, прилетел из Нью-Йорка или Токио, или где он там был по работе, и никогда не предупредит заранее.

Я открываю ворота и поворачиваюсь к Белле, которая уже собирает вещи.

— Тебе не обязательно уходить, — говорю я.

— Нет, обязательно, — она целует меня в щеку. — Мне не нужно навязываться на каждое дружеское или семейное мероприятие, которое у тебя происходит. Это не слишком вежливо, правда?

— Ты никуда не навязываешься.

— И все же, — говорит она. — Я оставила диссертацию у тебя на тумбочке. Не будь слишком строг в критике, ладно?

— Не терпится прочитать.

Она улыбается, и обычная добрая улыбка она подернута чем-то еще, чего я не могу понять. Что именно Белла собиралась сказать? Тысячи вариантов проносятся в голове, и ни один не кажется приятным.

Но на это нет времени, потому что входная дверь открывается и входит Лиам. Он в костюме, без галстука, волосы в беспорядке.

— Наконец-то, — говорит он, — я думал... оу. Привет, — произносит он, глядя на Беллу. Будучи одного со мной роста, мы вдвоем заставляем ее казаться крошечной в прихожей.

Она слегка улыбается и протягивает руку.

— Привет. Я Белла, подруга Итана.

Он жмет ей руку. В глазах вспыхивает огонек — тот самый, который я помню с детства.

— Подруга Итана? Как мило. Я его брат, Лиам.

— Очень приятно.

— Взаимно, — его взгляд встречается с моим, и Лиам подмигивает. — И почему я не знал, что у тебя появилась новая подруга, Итан?

— Почему я не знал, что ты приедешь?

Лиам отмахивается, будто это не имеет значения, и тянется расстегнуть верхнюю пуговицу рубашки.

— Не был уверен, что приеду, пока не сел в самолет. А теперь, прекрасная Белла, неужели мой старший брат наконец-то нашел себе девушку?

Я стону и упираюсь рукой в стену. Можно не сомневаться: у Лиама чувство момента такое же безупречное, как и социальные навыки. Чертовски талантливый инвестор, он отрастил себе раздутое эго под стать раздутым сделкам.

Я создаю вещи. Компании. Технологии. Мои деньги приходят от созидания. А Лиама? Его — от торговли, и, черт возьми, нужно быть тем еще мудаком, чтобы провернуть этот трюк с уверенностью в себе.

Белла смеется, но смех звучит немного натянуто. Черт бы все побрал.

— Думаю, стоит спросить об этом брата, — говорит она. — Но, к сведению, я настроена серьезно.

Брови Лиама взлетают еще выше, теперь он смотрит на меня.

— Ты слышал даму?

— Слышал, — говорю я, не в силах сдержать улыбку, дергающую уголки губ. Что бы она ни собиралась сказать раньше, Белла настроена серьезно. По-настоящему.

Лиам наконец отпускает руку Беллы.

— И ты определенно оправдываешь свое имя, — заявляет он.