— У меня нет твоего номера, так что это был единственный способ, который смогла придумать.

— Ты могла бы получить мой номер, знаешь ли. Если бы этого хотела, нужно было всего лишь попросить, тогда, в ту ночь в отеле, — его голос упал на октаву ниже, звучит гладко, как жатый бархат и сама опасность.

Я издаю фырканье, достойное «Оскара».

— Я думала, мы договорились не обсуждать ту ночь.

— Я на это никогда не соглашался. И мне вот интересно... ты ведешь себя так, будто все в прошлом. Но сегодня кое-что заметил.

— Да?

Коул делает шаг ближе, и мои глаза оказываются на одном уровне с воротником рубашки. Верхняя пуговица расстегнута, виднеется несколько темных волосков. Я знаю, что они продолжаются вниз по груди, темнея и уходя глубже по напряженному животу и еще дальше.

— Ты обошла все мои объекты, — говорит он, — кроме «Наследия». Это было еще одно послание, Скай?

— Нет, — голос звучит слабо даже для собственных ушей.

— Почему же тогда он не удостоился такого же обращения?

Я облизываю губы.

— У него красивый фасад. Я не хотела его портить.

— Конечно. Тебе ведь все равно.

— Да.

Шершавый палец слегка приподнимает голову, пока я не оказываюсь вынуждена встретить его пылающий взгляд. Коул выглядит в точности так же, как в ту ночь в баре «Наследие». Обаятельный. Властный. Немного опасный.

Он мягко наклоняет голову, пока дыхание не начинает касаться моих губ.

— Лгунья, — говорит он. — Я тоже не возвращался в «Наследие» после той самой ночи.

Я как кролик, замерший в свете фар, неспособная прервать этот момент. Сила воли слабеет. Та часть моего тела, что кричала о повторении, теперь ревет, подбирая аргументы. Его губы так близко.

— Я ненавижу тебя, — шепчу я. — Очень сильно.

Он отстраняется с ироничной улыбкой.

— О, Скай. Не думаю, что это правда, — Коул подталкивает плакат ко мне. — Оставь себе. У меня есть еще примерно тысяча таких же.

И вот он уходит, шагая так же стремительно, как и вошел, а я остаюсь, пытаясь прояснить мысли. Что он собирался сделать?

И что еще хуже... что собиралась сделать я?

6

Скай

Я отодвигаю табурет еще дальше, крепко сжимая телефон. Угол для этого кадра должен быть идеальным.

— Так пойдет? — спрашивает Карли, поднимая книгу чуть выше.

— Да, идеально. И поверни ее немного... да! — я стою на табурете, удерживая равновесие, и делаю около десяти почти одинаковых снимков. На фоне красивого темного книжного шкафа и винтовой лестницы получается отличный кадр для рубрики «Рекомендовано сотрудниками «Между страниц» на этой неделе».

— Теперь можно опустить?

— Да, готово.

Карли разминает руки.

— Ого. Понятия не имела, что я такая слабачка.

— И не говори. На той неделе мне пришлось бежать за автобусом, и я чуть в обморок не грохнулась.

Она смеется, наклоняясь, чтобы задвинуть табурет на место.

— Сколько ты уже нащелкала? Наверное, целую дюжину.

— Почти двадцать, — я отмечаю фото, которое нравится больше всего, и добавляю его в альбом на телефоне под названием «Инстаграм». — Мы станем книжным магазином с самым большим числом подписчиков в Сиэтле.

Голос Карли звучит весело.

— И сколько подписчиков у самого популярного?

— Ну, технически говоря, пятнадцать тысяч.

— Пятнадцать тысяч?

— Проще простого.

Карли поправляет очки.

— Кстати, я видела плакат, который ты сделала для вечера книжных чтений.

— И как тебе?

— Отлично. Я составила список спикеров, которым, думаю, было бы интересно поучаствовать, а также добавила туда того автора. Позвоню им попозже.

Меня захлестывает волна облегчения. Карли с самого начала поддерживала мои идеи, но активное участие в таких вещах — это еще лучше. У нее масса связей в этой сфере, имя бабушки открывает любые двери, и звонок от самой Карли будет много значить.

— Идеально. Я тоже прорекламирую это в новых аккаунтах в соцсетях, — я машу телефоном, и она усмехается.

— Сколько сейчас подписчиков?

Я проверяю.

— Триста сорок восемь. На двенадцать больше, чем вчера.

— Спасаем книжный, по одному лайку за раз.

— Именно. Хотя, по поводу этого... я тут кое о чем думала, — я убираю телефон в карман, мысленно проклиная себя за то, что следую совету Коула. — Нам стоит заняться финансами, верно? Единственное, что нужно — это показать, что мы прибыльны. Если урежем все расходы и, возможно, устроим распродажу части залежалого товара...

Карли со вздохом опускается в старое кресло в углу.

— Знаю. Это правда следует сделать.

Я сажусь на табурет напротив.

— Это тяжело. Я знаю.

— Да. И... ну, я еще не говорила, но наш бухгалтер увольняется.

— Что?