Когда-то, будучи еще ребенком, я влюбилась в Яна. Доверила ему свою тайну, и открыла душу. Но он рассказал об этом всей школе и сделал из меня предмет шуток, насмешек. Моя жизнь навсегда изменилась, но личный кошмар из прошлого в лице Яна никуда не делся. Он учится со мной в одном классе, он каждый день напоминает мне, какую я совершила ошибку, когда решила, что мы друзья. Но что если... наша вражда с ним - ошибка? Что если он никогда не предавал меня, как и я его? Кажется, я окончательно запуталась.

Глава 21

Без телефона жить туго. Прямо очень. Особенно без музыки. Вот к ней я прикипела, и ходить без наушников мне совсем не нравится. Можно было бы заставить отца взять кредит и купить новый мобильник, но после последней нашей с ним стычки, он показательно со мной не здоровается. Обиделся, понимаешь ли… А я… я тоже с ним здороваться не хочу. Меня настолько все задолбало, что проще вообще никак, чем все это дерьмо. Школа. Дом. Пьянь. Работа. А можно в отпуск? Далеко и надолго. А еще я про Рому постоянно думаю. Вот уж о ком, а о нем не стоило бы. Особенно после рассказов Вики, но где-то внутри я сомневаюсь в ее словах. Сомневаюсь, что Безруков прямо такой уж злодей, который затравил девчонку. У него так-то лицо смазливое, и сам он подкатывать умеет. Ему, зачем эти все байки творить? Он же пальцем может щелкнуть и любая ляжет к его ногам. Короче… вопросов стало больше, чем ответов.

Это еще хорошо, что в пятницу со мной особо никаких передряг не происходит. Прихожу в школу, отсиживаю свои часы, отвечаю на литературе, пишу тест по алгебре, и даже получаю пятерку по английскому. Все в целом неплохо. На меня особо не косятся. Хотя… в туалете, когда я сидела в закрытой кабинке, услышала странный разговор каких-то девчонок.

— Слышали, Сотников Оксанку как нагнул?

— Говорят, она вещи той воровки стащила.

— Капец, и это что получается, Тимур за нее впрягся? — не стесняясь обсуждают меня в туалете женские голоса. Хотелось выйти и спросить у них в лоб, но подслушивать оказалось надежнее.

— Даже странно от него такое…

— Я думаю, он по просьбе Безрукова влез. Сам бы точно не стал.

— Ой, девочки, все больше напоминает тот случай с Алиной Козаковой… Помните? Когда на нее все пальцем тыкали до тех пор, пока она с Ромой не появилась в столовке.

Потом раздается звук воды, видимо кран открыли, и следом шум от сушильной машины. И как я только не пытаюсь вслушаться дальше, ведь на самом интересном остановились, ничего не выходит. Голоса тонут в потоке шума, и в итоге, покидают туалет. Мне ничего не остается, кроме как озадаченно вздохнуть, и выйти следом.

Собственно, это единственное интересное, что происходит в эту пятницу. И я наивная гусыня была уверена, что дальше ситуация отойдет как-то, однако в воскресенье происходит то, что ударяет меня прямо под дых.

***

— Кира, привет! — Олег машет мне рукой, стоя на дороге с белым пакетом. Сегодня солнечно, он в одной футболке, которую раздувает ветер. Я машу ему в ответ, и подбегаю, с легкой улыбкой на губах. Видеть лучшего друга всегда приятно. Он хоть на немного позволяет забыть то ужасное, что происходит со мной в школе.

— Та-да! — Олег открывает пакет и достает оттуда два мороженых. Фруктовый лед со вкусом зеленого яблока. И мое настроение вмиг поднимается. Я люблю эти сладости, как минимум потому, что так редко их ем. У нас нет денег вольничать, и на лишнюю копейку, я обычно покупаю пакет макарон или картошку. Так что мороженое в моей жизни скорее роскошь, чем обыденность.

— Ты как знал, что я о нем мечтаю уже вторую неделю, — беру на радостях лакомство, открываю скорее упаковку. — Что ты тут делаешь, кстати?

— Соскучился может, — он толкает меня локтем в бок, так по-дружески, как в детстве.

— Прости, что редко видимся, — с грустью произношу я. — В школе много задают, я… пришлось даже сократить сон.

— Может, ну ее?

— Кого? Домашку? — мы вышагиваем вдоль тропинки, наслаждаясь теплым осенним вечером. Октябрь вот-вот наступит, так что под ногами уже засохшая золотая листва, которая забавно хрустит.

— Нет, школу.

Я останавливаюсь. Взгляд мой делается серьезным. У Олега тоже. Он смотрит на меня совсем не юными глазами, а взрослыми, будто за плечами богатый жизненный опыт. Уверена, друг видит больше, чем я позволяю ему знать.

— Не получится, ты же знаешь, — сглатываю тугой ком в горле. Мне и самой хочется все бросить, сбежать. Ничего хорошего, кроме учителей в гимназии нет. Даже люди гнилые.

— Ты же умная, Кира. Неужели не веришь, что сможешь поступить в нормальный вуз?

— В нормальный я не пройду. Мои пробные все на шестьдесят баллов были, а мне надо на восемьдесят, Олеж. Так что… — откусываю большой кусок холодной сладости, и кручу ее по языку, пытаясь таким образом хоть немного заглушить печаль. Я могу из кожи вон лезть, но какие-то вещи без нужных преподавателей сделать практически невозможно. А ходить к репетиторам у меня нет банально средств.