— Наверное, у меня... — шепчу я, ощутив как краснею до самых кончиков волос. Кажется, у меня даже уши гореть начинают. Все это звучит так нереально и странно. Умом я понимаю, к чему может привести эта ночь, и сердце вроде не против, однако все равно как будто бы страшно. Наверняка у Ромы уже и опыт есть в этих делах. А что если ему не понравится... Что если он разочаруется во мне? Моя жизнь неслась стремительно колесом по обочине, и мне было некогда думать: каково это быть чьей-то девушкой.

— Поезжайте лучше куда-то в красивое место, — предлагает Тая, словно считывая мои переживания. — Оставь ему незаконченный гельштат.

— Т-Тая... — лепечу я, не зная, куда отвести взгляд.

— В этом все парни, они же хищники, — улыбается она. — Тогда весь месяц он будет думать, как скорее вернутся к тебе, и сделать своей окончательно.

Я молчу, сказать что-то не позволяет смущение, от которого меня будто окончательно парализовывает. Зато Тая продолжает вещать свои идеи, и накидывать варианты. Мне ничего не остается, кроме как молча кивать ей. Может, она в чем-то и права, а может, и нет. В конце концов, отношения с Ромой для меня не игра. Это что-то на важном и серьезном. Я впервые пустила человека в свою душу, раскрыла ему боль настоящего и прошлого. Я доверяю ему. И мне почему-то кажется, что Рома со мной не из-за того самого...

***

После уроков я иду на работу, занимаюсь рутиной. В промежутки, когда выдаются свободные минуты, я тайком в подсобке делаю домашку. Хорошо еще, что людей немного сегодня, и мне удается сделать несколько номеров по русскому, и прочитать пару раз параграф по истории.

Рома забирает меня ближе к восьми вечера. В этот раз он на машине, и без водителя. Он встречает меня прямо у кафе, одетый в серый спортивный костюм и кеды. Сажает меня в прогретый салон, с видом больно загадочным и довольным. Его руки умело ложатся на руль, и машина плавно отъезжает.

— Куда мы едем? — спрашиваю я, вытаскивая салфетки из его бардачка.

— Встречать рассвет, — выдает он.

— Р-рассвет? — хлопаю я ресницами, не веря в услышанное. То есть его ночевка подразумевала что-то красивое и романтичное? Вот я дурочка... На придумывала себе всякой ерунды. Теперь как-то неловко.

— Тая меня поймала и сказала, чтобы я сделал что-то красивое, — отвечает он, поглядывая на меня нет-нет. — Я сначала думал, что мы будем просто валяться на кровати, есть попкорн и смотреть все части «Крика». Ты будешь прижиматься от страха ко мне, а я нагло пользоваться возможностью.

— Какой хитрый ход.

— Я вообще стратег, — подмигивает он мне. — Но твоя подружка сказала, что вам девочкам нужны яркие воспоминания. Так что мы устроим яркое воспоминание, которые ты будешь потом мусолить в голове еще несколько лет и говорить, какой я красавчик у тебя.

Я киваю, может, в этом, действительно, что-то есть.

Мы едем по городу, я не сразу понимаю, куда меня везет Рома, вернее тут я не была никогда. Так что места знакомы мне совсем скудно. Мы проезжаем старый авторынок, и дорога сворачивает куда-то в сторону, судя по всему гор. Это не городской парк или набережная, кажется, нас ждет что-то, в самом деле, невероятно.

За окном уже темно, дорогая уводит прямо в лес, ее накрывают шапкой деревья, который склоняются одно за другим. Я опускаю стекло, и в салон врывается прохладный воздух, а еще запах травы, и сосен. А уже через пару минут за нами заканчивается лесная местность и открывается вид на смотровую площадку. Звезды здесь так мерцают, словно кто-то рассыпал золотые монеты прямо над нашей головой.

— Вау, — только и могу вымолвить я, когда машина тормозит у обрыва.

— Скажи? — улыбается Рома.

Я выхожу первой, и с замиранием разглядываю виды. Перед нами — обрыв, и часть леса. За нами — величественные силуэты гор. Пейзаж напоминает картину талантливого художника.

— Внизу озера с кувшинками. Ну... Сейчас не сезон, — поясняет Рома. — Летом обязательно сходим посмотреть.

— Заметано, — киваю я. Рома вытаскивает из машины плед и кладет его на капот, туда же прилетают подушки. — Ты серьезно? — спрашиваю я, открыв рот от удивления.

Вместо ответа он помогает мне залезть на автомобиль, укладывает меня на подушку, словно это кровать, затем ложиться рядом. Накрывает нас еще одним пледом кофейного цвета, и кладет голову мне на плечо, словно я его хозяйка, а он верный песик, который пристроился у моих ног.

— Смотри, какие звезды, — показывает он пальцем на черное небо.

Я втягиваю носом воздух, но вместо звезд смотрю на Рому. На то, как он лежит со мной, как тепло мне от этого момента, и какой он, действительно, невероятный. И мне вдруг кажется, что я никогда не забуду этот вечер и эти звезды.

— Смотри, это точно созвездие медведицы! Или кто там? — Рома поднимается, что-то пытается разглядеть, как маленький ребенок. Затем он резко поворачивается ко мне и с самым серьезным видом задает вопрос.

— Любишь звезды, Волкова?

— Ну… а кто их не любит? Красиво же.

— А я вот тебя люблю, — слова слетают так запросто, словно это самая обыденная фраза, которую Рома говорил мне уже сотни или тысячи раз. Я даже не сразу теряюсь и растворяюсь в этом признании. Только разглядываю его глаза, в которых поселилась вечность, и не могу перестать улыбаться.