Когда я надеваю на себя утром школьную форму, то чувствую себя странно. Рома так и не объясняет, как смог добиться моего возвращения. Директор настроен решительно, как и эти родители, не желающие видеть меня рядом со своими детьми. Дочка — пьяницы. Девочка с окраины. Красный флаг для успешных и состоявшихся людей. Таким, как я, среди элиты не место. Но если это даёт мне возможность вырваться с этой окраины, встать на ноги и доказать каждому из них, что я чего-то да стою, то почему нет. Я воспользуюсь помощью Ромы.

Кивая самой себе в зеркало и поправляя распущенные волосы, я беру ветровку и рюкзак. Быстро закрывая за собой дверь, выхожу на улицу и тут же вижу машину Ромы. Он с личным водителем. В груди теплеет от этой картинки. Не от того, что Рома с водителем и на машине, конечно. А от того, что мы снова будем видеться чаще. Что хотя бы один плохой пункт удается перечеркнуть. Хотя мне еще предстоит справиться как-то без Безрукова целый месяц.

— Привет, — он подходит первым и тут же захватывает меня в кольцо своих рук. Прижимает крепко, зарываясь носом в моих волосах. Его близость согревает и оставляет надежду на лучшее.

— От тебя вкусно пахнет, — шепчу я.

— Хочешь, я оставлю тебе свой парфюм? — шутит он, коротко целую меня в щеку. Задерживает правда поцелуй чуть дольше, чем полагается для обычного чмока. И от этого по спине бегут мурашки.

— Это будет странно…

— Не плевать ли?

— Хочешь, оставить частичку себя рядом со мной? — с грустью в голосе говорю я, и тут же отталкиваю от себя эту мысль. Он еще не уехал, нет смысла скучать раньше времени. Нужно наслаждаться моментом.

Безруков отдаляется от меня и подхватывает пальцами мой подбородок. Взгляд глаза в глаза. Его мятное дыхание на моих губах. И пульсация внизу живота от желания, которое я никогда не смогу произнести вслух. Меня словно отправили на далекую планету, где я могла гулять по теплому песку, и смотреть на яркие звезды над головой. Слишком невероятное ощущение быть девушкой этого парня.

— Хочу забрать тебя с собой в чемодане. Может, устроим бунт на корабле? — игриво шепчет он, наклонившись ко мне. Его язык едва ощутимо касается моей нижней губы, и я тут же вспыхиваю, смутившись, что это зрелище наблюдает водитель Ромы. Так что я тут же отталкиваю его, и обхожу скорее.

— Никаких бунтов…

— Подумай, мое предложение в силе до вылета, — он догоняет, закидывает мне руку на плечо и притягивает к себе.

Рома сажает меня в машину, и эти пятнадцать минут до гимназии мы едем, взявшись за руки. Он смотрит на меня с нескрываемой нежностью, а я смотрю в окно, чтобы не показать, насколько растворяюсь в нем.

До гимназии «Горизонт» мы доезжаем быстро. А уже там, стоит мне только пересечь порог двора, учащается пульс. Все также идеально здесь от газона, до укладок девчонок-школьниц. Но у меня ощущение, будто я возвращаюсь не в школу, а в место, откуда меня выгнали пинком под зад. И рюкзак как-то непонятно давит на плечи, и воздух кажется прохладнее. Наверное, если бы Рома не держал меня за руку, я бы уже сбежала.

Однако и его защита длится недолго. Рому подзывает тренер по плаванию.

— Я быстро, — бросает он мне с виноватым взглядом.

— Не переживай, — убеждаю его и себя. И на этом мы расходимся в разные стороны.

Коридор встречает меня привычным шумом. Смех школьников, хлопанье дверцев локеров, разговоры с утра, запах духов. И множество взглядов, направленных в мою сторону. Никто из них не ожидал увидеть меня снова. И вот пусть теперь говорят, что мое отчисление было просьбой родителей, а не детей… Никогда не поверю!

Однако я сглатываю все это и выпрямляю спину. Иду уверенно, с невозмутимым видом. Я здесь по праву, а кого не устраивает, их проблемы.

У локеров замечаю Вику. Она переговаривается с Машей и Аней, ее подружками. В зеркало дверцы поправляет каре, подкрашивает губы прозрачным блеском. И вдруг на секунды наши взгляды встречаются. Ее брови ползут вверх, губы приоткрываются. И мне не стоит быть гением, чтобы сложить два и два — Вика была одной из тех, кто приложил руку к моему отчислению. Иначе она бы так не удивлялась.

Ланская, правда, не дает своим эмоциям долго блистать на ее лице. Тут же берет себя в руки, натягивает холодную улыбку, как у куклы. Она что-то говорит подругам, затем закрывает локер и двигается прямо ко мне. Черт… Вот только разговоров с ней мне не хватало этим утром. А ведь до этого мы успешно делали вид, что незнакомы.

— Влияние Безруковых помогает всем, да? — спрашивает она, остановившись напротив. Вот же стерва…

— А твое влияние уничтожает чужие судьбы, да?

Слова вылетают быстрее, чем я успеваю понять, насколько открыто язвлю Вике. Не скрывая ничего, даже брезгливости в ее адрес. Ланская щурится, будто не ожидала такого ответа. На секунду между нами повисает тишина, и в этот момент рядом появляется Тая. Она, словно спасение, врывается на этот тонущий корабль.

— Кира! — Лебедева обнимает меня, не скрывая искренней радости, забив на то, что тут стоит Вика. — Я так рада, что ты снова в школе.