Воронов осекся. Его брови на долю секунды дрогнули в удивлении. Он явно ждал, что я опущу глаза, начну блеять оправдания или расплачусь. Моя улыбка сбила его с толку.

— Идите, Смирнова, — процедил он, и былая вальяжность исчезла из его тона. — Работайте, но нам еще предстоит плотно пообщаться. Я это гарантирую.

______________________

Дорогие мои, продолжаю вас знакомить с участниками литбома "Неизлечимо влюблены".

Сегодня приглашаю вас в новую историю от Саши Девятовой «Роковое дежурство. Мазай и Зайцева»

Читать по ссылке:

Глава 15

Новая смена в хирургии началась с классического дурдома, и к полудню я уже мечтала о клонировании себя хотя бы в двух экземплярах.

В седьмой VIP-палате капалась Софья Марковна – очаровательная, но невероятно упрямая старушка с тяжелым диагнозом и очень богатыми детьми. Дети жили где-то между Лондоном и Дубаем, испытывали острое чувство вины и поэтому оплачивали матери самую дорогую палату, лучших врачей и круглосуточный уход. А сама Софья Марковна просто хотела домой.

Я сидела на краю её кровати, аккуратно поправляя иглу в тонкой вене.

— Алиночка, деточка, ну вытащи ты уже эту гадость, — жалобно вздохнула старушка, кивая на капельницу. — Сил моих больше нет лежать. Меня там мой кот ждет, Борька. Соседка ему уже неделю только сухой корм сыпет, а он у меня мальчик с характером, ему желе нужно...

— Софья Марковна, золотая моя, — я мягко погладила её по сухой теплой руке, — Борька ваш толстый, как кабачок, я сама фотографии видела. Неделя на сухом пайке ему только на пользу. А вот нам с вами надо прокапать еще половину флакона, иначе ваш сын прилетит и мне лично голову открутит.

— Ой, да Костику вечно некогда, — она махнула свободной рукой, но на губах появилась слабая улыбка. — Откупается от меня этими вашими люксами. Ты скажи Тимуру Руслановичу, пусть выписывает. Я уже здорова. Ну сколько можно?

— Вот сейчас обход будет, сами ему и скажете, — я подмигнула ей, поправляя сбившееся одеяло. — Только чур я за вас прячусь, если он рычать начнет.

Она тихонько рассмеялась, и в этот самый момент тяжелая дверь палаты плавно открылась.

На пороге появилась целая делегация. Впереди шел Алиев – собранный, с планшетом в руках, с легкой небритостью. От одного его появления воздух в палате словно наэлектризовался.

Следом плыла Регина Витальевна в безупречном халате по фигуре, а рядом с ней вальяжно вышагивал Илья Борисович – наш тучный, седовласый учредитель и владелец клиники. Замыкал процессию Воронов, сияя своей фирменной обаятельной улыбкой.

Я тут же вскочила с кровати, вытягиваясь по струнке.

— Добрый день, Софья Марковна, — пробасил Илья Борисович, излучая заботу. — Как ваше самочувствие? Как условия? Сын звонил, волнуется, просил передать, что клиника обеспечит вам всё по высшему разряду.

— Ой, Илюша, да всё у меня хорошо, — старушка оживилась. — Лечат на убой. Только скучно. Если бы не эта девочка, — она вдруг указала здоровой рукой прямо на меня, — я бы тут с тоски померла.

Я мысленно застонала, чувствуя, как краснеют щеки под пристальными взглядами начальства.

— Уж такая умница, такая ласковая! — продолжала Софья Марковна, с искренней симпатией глядя на меня. — И уколы делает –03 как бабочка садится, вообще не больно. Вы бы ей премию выписали, Илья Борисович. Золотые руки у девочки!

Алиев перевел на меня взгляд. В его темных глазах на секунду мелькнуло что-то теплое, почти нежное, скрытое за фасадом сурового заведующего, но это длилось ровно мгновение.

Потому что Воронов сделал шаг вперед.

— Как я с вами согласен, Софья Марковна, — его бархатный голос заполнил палату, обволакивая всех присутствующих. — Потрясающая забота о пациентах. Илья Борисович, помните, мы с вами сегодня утром обсуждали деликатный вопрос?

Учредитель заинтересованно кивнул.

— Мои пациенты, — Воронов сделал изящный жест в сторону старушки, — требуют именно такого подхода. Индивидуального. Сложные реконструктивные операции, высокие риски. Я говорил вам, что мне нужен персональный сестринский пост. И, кажется, мы только что нашли идеального кандидата.

Сердце ухнуло куда-то в район желудка.

Воронов повернулся к Алиеву, улыбаясь так искренне, что непосвященный человек решил бы, что они лучшие друзья.

— Тимур Русланович, я бы хотел закрепить Алину Смирнову за собой. Мы знакомы еще со времен её учебы в университете. У девочки блестящая база. Она идеально мне подойдет.

В палате повисла тишина, нарушаемая только моим нервным дыханием.

Я смотрела на Алиева. Желваки на его скулах напряглись так, что кожа натянулась. Он просчитал ловушку мгновенно. Воронов выбрал идеальный момент: при владельце клиники, сразу после похвалы богатой пациентки.