Я услышала его раньше, чем увидела — тяжелый стук сапог по каменному полу в холле. Двери столовой распахнулись, и вошел он. Карден.

На нем была дорожная одежда, чуть припыленная. Слуги замерли, кланяясь. Он проигнорировал их, его взгляд был прикован ко мне. Он подошел, и я заставила себя не съежиться, когда он наклонился и коснулся губами моей щеки.

— Лиссандра, — его голос был ровным, почти вежливым. — Надеюсь, твое утро было спокойным. Как прошел день?

— Вполне, — ответила я, встречая его взгляд. — Обычные дела.

Он сел напротив, и слуги тут же засуетились, подавая блюда. Он ел неспешно, но я чувствовала его взгляд. Он не сверлил, нет. Он наблюдал.

— В замке все в порядке? Никаких происшествий в мое отсутствие? — спросил он, подливая себе вина.

— Все тихо, — я пожала плечами. — Я разбирала почту, потом немного поработала в кабинете.

Он кивнул, отпивая из бокала. — Твои артефакты? Есть успехи?

В его голосе сквозила легкая, почти незаметная насмешка. Он считал это детской забавой. И это было мне на руку.

— Просто балуюсь, ты же знаешь. Помогает скоротать время.

— Хорошо, — сказал он. И в этом простом слове я услышала удовлетворение. Он видел то, что хотел видеть: смирившуюся жену, нашедшую себе безобидное хобби. Он решил, что буря утихла.

Когда подали десерт, он отодвинул свою тарелку.

— Нам пришло приглашение, — сказал он как бы между прочим. — Лорд Вейрон устраивает бал в честь помолвки дочери. Сегодня вечером. Будет вся знать.

Я подняла на него глаза, изображая легкое удивление.

— Так скоро?

— Вейрон любит делать все в последний момент. Мы должны быть, — он смотрел прямо на меня, ожидая реакции. Я не знала, что он ждет. Протеста? Недовольства?

Я лишь спокойно кивнула.

— Конечно. Я буду готова.

Он, кажется, был доволен. Расслабился, откинулся на спинку стула. Идеальный момент. Я сделала небольшую паузу, словно что-то обдумывая.

— Семья Крам, тоже будет? — я постаралась, чтобы голос звучал как можно более естественно, с ноткой беспокойства. — Элиара ведь на таком сроке…

На его губах промелькнула тень усмешки. Он думал, что я просто погружаюсь в женские светские хлопоты.

— Будут. Ролланд не хотел ее отпускать, но она настояла.

Сердце пропустило удар, а потом забилось ровно и сильно. Вот он. Мой шанс. Идеальный. Он сам отдал мне его в руки.

— Что ж, буду рада ее увидеть, — я опустила глаза к своей почти нетронутой тарелке, пряча торжествующий блеск.

— Будь готова к семи, — он поднялся. — Я буду у себя в кабинете, мне надо поработать.

Он ушел, уверенный в своей полной победе. Он не знал, что только что проиграл всю войну.

Я встала и пошла в свои покои. Не в кабинет. В гардеробную.

Лина и Ани, мои камеристки, уже ждали, распахнув створки огромного шкафа. Обычно я просто указывала на одно из скромных, закрытых платьев пастельных тонов, которые составляли основу моего гардероба. Леди Драг, тихая и незаметная.

Сегодня все будет иначе.

— Нет, — сказала я, когда Лина потянулась к кремовому шелку. — Не то.

Девушки переглянулись. Я прошла вдоль ряда платьев, касаясь пальцами дорогих тканей. Голубое, серое, лавандовое… все не то. Все это — одежда для мышки, прячущейся в тени своего мужа.

А сегодня эта мышь снимет свою серую шкурку. Напоследок. Это будет мое прощальное выступление. Скоро я исчезну из его жизни, из этого мира, навсегда. И я не позволю ему запомнить меня забитой тенью. Пусть, когда он будет думать о своей сбежавшей жене, перед его глазами стоит не мышка, рядом с его безупречной Зарой, а женщина, от которой нельзя было отвести взгляд. Сегодня я покажу ему, кого он теряет.

Я решительно прошла в самый дальний угол гардеробной. Туда, где в чехле из темного полотна висело платье, которое я ни разу не надевала. Которое купила в порыве какого-то безумного бунта и сразу же спрятала, испугавшись собственной дерзости.

— Вот это, — мой голос прозвучал твердо.

Ани с сомнением сняла чехол.

И по комнате разлилось мерцание.

Платье было из тяжелого, струящегося шелка цвета самого темного изумруда. Оно переливалось при каждом движении, словно чешуя дракона. Никаких кружев, никакой лишней вышивки. Только идеальный крой, глубокий, почти до лопаток, вырез на спине и высокий разрез, смело обнажающий ногу при ходьбе.

Это был вызов.

Лина ахнула.

— Но, госпожа… оно…

— Оно идеальное, — отрезала я. — Готовьте ванну.

Через пару часов я сидела перед зеркалом, закутанная в мягкий халат. Воздух в спальне был пропитан ароматом жасмина и сандала. Мои рыжие волосы, вымытые и высушенные, горели в свете свечей. Обычно я просила собрать их в пучок на затылке.

— Сегодня, — я встретилась взглядом с отражением Ани, — сделайте что-нибудь… особенное. Пусть все увидят, какой огонь может скрываться в волосах леди Драг.