Ян послал мне благодарный взгляд, от которого я смущённо улыбнулась. Кожу жгло от пристального внимания: ядовитого, обещающего все муки ада, но я не собиралась сдаваться.

— На самом деле я тоже планирую покинуть этот ужин, — с моих губ сорвался вздох. — Подобного рода празднества мне не по душе.

И нет, я не лукавила. Мы с Яном во многом похожи, именно поэтому он заметил меня, а я — его.

— Тогда, — повернулся он ко мне, — давайте прощаться…

И только Ян начал склонять голову, чтобы после удалиться, как по двору разнёсся голос:

— Дамы и господа! Объявляется симфония пар!

От услышанного я задержала дыхание. Ян тоже насторожился. Этот танец был особенным. На него мог пригласить как мужчина, так и женщина. Равноправный, что в нашем мире было большой редкостью.

Гости засуетились, пытаясь выбрать себе пару, и тут я краем глаза увидела движение, от которого по спине прошлась волна ужаса. 

Мэрвин… 

Этот монстр со слащавой улыбкой на губах шёл ко мне. Он знал, что меня никто не посмеет пригласить, ведь всем было известно, что младший Туаро имеет на меня виды.

— Сбежать не получится, — вздохнул Ян, бросив взгляд в другом направлении, откуда важно вышагивала Ракель, направляясь к нам.

Секунда. Наши с Яном взгляды встретились. Молниеносное принятие решения.

— Может, — улыбнулся он мне, — спасём друг друга?

Его распахнутая ладонь возникла передо мной, отчего Ракель, бедняга, сбилась с шага, а Мэрвин и вовсе опешил от такой наглости со стороны Яна.

— Почту за честь потанцевать с вами, — прошептала я, с трепетом касаясь горячей, слегка шероховатой кожи.

В этот момент музыка заиграла, наполняя воздух льющейся, плавной мелодией и напряжением. Ян сжал мою ладонь, и я почувствовала, как земля уходит из-под ног, но не от страха, а от предвкушения чего-то нового, волнующего и опасного.

«Война началась!»

Дорогие мои, представляю Вам историю нашего моба:

💔Развод с ледяным драконом. Гостиница беременной попаданки

15. Я знаю, что будет дальше

Юлиана

— Позволь подлить тебе чаю, — я бережно подняла фарфоровую чашку и направилась к столу.

— Устала от званого ужина? — проницательно спросила бабушка, прекрасно понимая, как тягостны для меня подобные собрания. — Там был твой жених, — с лёгким упрёком покачала она головой. — Могла бы задержаться хотя бы ненадолго.

«Он мне не жених и никогда им не станет!» 

В прошлом я пыталась открыть бабушке глаза на истинную сущность Мэрвина Туаро, но она лишь отмахивалась, твердя, что в каждом мужчине дремлет зверь, который не пробудится, если женщина будет вести себя достойно. После этого я оставила бесплодные попытки достучаться до главы семьи. Осознание бессмысленности моих усилий пришло быстро, а затем бабушка и вовсе предала меня, превратив моё изнасилование в инструмент для собственной выгоды.

Она не желала слушать о причастности Ракель к той кошмарной ночи. Напротив, разгневалась, наградив меня звонкой пощёчиной и обозвав распутной девкой, осмелившейся порочить репутацию старшей сестры. А та стояла в стороне со злорадной улыбкой, наслаждаясь моментом своей победы.

Эта рана в моей душе… Я так надеялась, что со временем она хотя бы немного затянется.

Лишь только танец с Яном завершился, и я спустилась с небес на землю, как тут же поспешила распрощаться с ним и укрыться в стенах дома. Я знала: Ракель не простит мне этой дерзости, ведь в её воображении Ян уже принадлежал ей.

Пока сестра кружилась с ненавистным Туаро, я незаметно скользнула между деревьями и торопливо вошла в поместье. Ракель непременно будет искать меня — в этом не было сомнений. А когда найдёт, устроит грандиозный скандал, выставив напоказ всю свою истеричность.

В прошлом она уже нападала на меня, застав с Яном возле одной из рыночных лавок. Тогда сестра вырвала клок моих волос, шипя угрозы и требуя держаться от него подальше. Но то было раньше. Теперь я не позволю ей подобного.

— Как твоё здоровье? — спросила я у бабушки, уловив отдалённый цокот множества каблуков.

Ракель уже вела за собой своих прислужниц в поисках меня.

Мысленно улыбнулась, желая, чтобы сестра нашла меня именно здесь, продемонстрировав бабуле своё истеричное нутро.

— Хоть кто-то проявляет заботу обо мне, — с благодарностью улыбнулась бабуля, принимая чашку с ароматным чаем. — Всё в порядке, — мягко произнесла она, поглаживая мою руку. — Не стоит тревожиться. Лучше подумай о своём будущем.

— К слову о нём, — начала я осторожно, — бабуль, могу ли я поработать в одной из наших лавок?

При этих словах она замерла, устремив на меня пристальный взгляд:

— К чему тебе это? Всё равно скоро замуж выйдешь. 

Я лишь улыбнулась, не спорить.