Я спрыгнул с седла. Лошадь осталась позади, нервничая под внушительным присутствием гончей. Опустившись на одно колено, я оттащил ветви в сторону. И там была она.

Свернувшись на боку, волосы разметались по лицу, словно саван, кожа ледяная. Багрянец пропитал складки ее когда-то белого платья. Хирургический нож торчал из ее живота — погруженный так глубоко, что наружу выступала только половина рукояти.

Я запаниковал и скользнул руками под нее, поднимая так, будто она могла разбиться. Моя рука прижалась к ее груди — есть. Сердцебиение. Слабое. Но есть.

Мой шок сменился яростью. Где он?

Я взглянул на гончую. Он встретил мой взгляд, затем опустил голову, раздувая ноздри. Рокот зародился в его груди, когда он повернулся к границе.

Мои руки сжались вокруг нее. Я не мог отпустить его. Но она быстро истекала кровью. Моя челюсть сжалась. Был только один вариант.

Айла ранена. Леандер напал на нее и сбежал. Он направляется к границам. Приезжай в Воронью Гавань. — сказал я Эмрису.

Он не ответил словами. Вместо этого стена черной магии взметнулась вдалеке, вздымаясь от границы и пожирая горизонт. Она пронзила небо — барьер, который никто не мог пересечь. Леандр не сбежит.

Я прижал Айлу крепче к себе, вскочил на лошадь и вернулся в Воронью Гавань.

Гончая ждала снаружи, когда я пинком распахнул дверь маленькой лечебницы и шагнул внутрь. Несколько женщин сидели без дела, их взгляды скользнули по залитой кровью фигуре в моих руках.

— Ей нужна помощь — сейчас же! — закричал я.

Они разбежались, торопясь провести меня по узкому коридору в комнату. Я опустил ее на кровать, и они бросились за припасами.

— Лекарь будет через несколько минут, — сказала одна запыхавшись. — Ждите снаружи. Мы позовем…

— Я остаюсь, — сказал я.

— Нам нужно переодеть ее, чтобы добраться до раны, — попыталась снова она, теперь мягче. — Просто подождите снаружи минутку⁠…

— Ты не будешь указывать мне, что делать. — Часть меня, желавшая свернуть ей шею, напомнила, что она единственная здесь, кто может сохранить Айле жизнь.

Ее глаза изучили мой плащ, и она замерла.

— Мои глубочайшие извинения. Темно, и я.… я не могла как следует вас разглядеть⁠…

— Заткнись!

Она кивнула. Три другие женщины работали быстро, ослабляя корсет, стягивая окровавленные рукава с ее рук, опуская вырез.

Мое дыхание перехватило. Я резко отвернулся, уставившись в стену за миг до того, как ее грудь обнажилась полностью. Мой разум снова раскололся под голосами, и я вцепился пальцами в волосы, дергая их, чтобы заглушить их. Они снова хотели, чтобы я делал вещи. С ней. И я признаю — большинства из них я тоже хотел.

Темное, сокрушительное присутствие сжалось рядом. Дверь распахнулась, и сиделки ахнули. Король вошел, таща лекаря за руку и толкая его вперед.

— Он шел слишком медленно для моему мнению.

Сиделки склонили головы и возобновили очистку раны. Взгляд короля проскользил по обнаженному телу Айлы, и моя кожа запылала от ярости. Мои кулаки сжались так сильно, что костяшки побелели.

Он обратил внимание на меня.

— Идем.

Я резко свистнул, и моя гончая шагнула внутрь. Один мой взгляд — и она устроилась в ногах кровати Айлы, ее массивное тело заполнило почти половину комнаты. Сиделки заерзали, делая вид, что ее нет, но их взгляды то и дело метались к ее клыкам.

Король увел меня в темный угол тесной лечебницы. Он снял маску, выражение лица ничего не выражало.

— Почему мы здесь?

— У Айлы были дела здесь. Я пришел как ее страж.

Магия обвилась вокруг моего горла, сжимаясь. Я проигнорировал это пока.

— Ты ее страж? — спросил он. — Тогда почему мы здесь?

— Мы остановились в таверне, пока лекарь осматривал Леандра. Я… выпил слишком много. Сказал Айле возвращаться без меня. Забрел в бордель и… потерял счет времени. — Стыд был горьким на языке, но я не отводил взгляда.

— Ты сказал женщине, которую должен был защищать, идти в опасность одной, — сказал он, хватка магии теперь душила. — А сам пошел к шлюхам.

Уголок его рта приподнялся.

— Десять лет, Ксавиан. Десять лет ты выполнял каждый приказ без единой ошибки. До сих пор. — Он склонил голову. — С тех пор как она появилась, ты все больше напоминаешь мне своего отца — предателя.

— Я ничуть не похож на отца, — сказал я. — Если я предал вас, убейте меня сейчас.

— Мог бы, — заявил он. — Но мы оба знаем, что это было бы не так просто.

— Тогда заберите мою магию, — поддразнил я, хотя уже знал, каким будет его ответ.

Магия вокруг моего горла сжалась сильнее, достаточно сильно, чтобы выжать из меня кашель.

— Я бы забрал, — он шагнул ближе, — если бы это так работало. Она никогда не будет твоей, Ксавиан. Я думал, что уже достаточно раз говорил тебе это.

Я проглотил правду, кричащую в моей голове — этой ночью она была моей. Даже если только этой ночью.

— Почему? — спросил я. — Почему вы так сильно хотите ее?