Если бы Вороны не вмешались, я бы послал их на ее поиски. К счастью, они оказались умнее, чем все им приписывали, и разыскали ее. Я сделал мысленную заметку наградить их позже. Может быть, я скормлю им Кэт. Я прислонился к ее машине в ожидании. Если бы я не ушел от нее, у меня не было бы времени помыться и переодеться. А мне нужно еще проводить ее домой. Я должен был быть там, когда она приехала, и, конечно, Эм воспользовалась возможностью. Вампиры за милю чуяли, кому нужен секс. Они, блядь, любили, чтобы их партнеры были желанными и нуждающимися. При этой мысли в груди закипал гнев. Эм могла бы отвалить к чертовой матери, как и все остальные мудаки. Моя. Мой разум вздрогнул от осознания того, что я только что назвал ее так. Я претендовал на нее? Нет, я не мог. Это невозможно. Блайт была целью, игрой, средством достижения цели. Ничего больше. И никто не мог трахать ее, кроме меня. По крайней мере, пока я не покончил с ней. Аромат страха и тьмы проникал сквозь шелест осенних листьев. Оранжевые и желтые кленовые листья разлетелись вокруг, как конфетти, когда она вышла из тени. Лиса в ночи. Чертово видение женщины. Я быстро поправил свой член в двадцатый раз за этот вечер. Она обнимала себя и смотрела под ноги, мечтательно улыбаясь темными губами. Я подумал, не из-за меня ли это. Или, скорее, из-за него.

Шаги замедлились, и, когда она, наконец, подняла взгляд, то резко выпрямилась. Такая нервная, Маленькое Привидение. Но кровь вернулась к ее щекам, когда она узнала меня. Не тот, кого она ожидала увидеть.

— Эймс? Что ты здесь делаешь?

Она остановилась на дюйм ближе, чем нужно, и сделала небольшой шаг назад. Интересно.

— Убеждаюсь, что ты доберешься домой в безопасности, — ответил я, поправив воротник дурацкой синей рубашки. Ее карие глаза сузились под лисьей маской.

— Как ты узнал, что я буду здесь?

Я снял свою старую куртку и обернул вокруг ее плеч, заметив прекрасный розовый румянец, окрасивший щеки от мягкого прикосновения моих пальцев.

— Догадаться было несложно. К тому же, я видел твою машину. Как тебе, понравилось? Кажется, ты все еще цела и невредима. Выглядишь лучше, чем большинство новичков.

— Спасибо, думаю, я знаю, что в следующий раз надо взять с собой куртку. Это было... необычно. В лучшем смысле этого слова.

Она хихикнула. Ух ты, какой прекрасный звук. Я не смог сдержать ухмылку.

— Рад, что тебе было весело. Я здесь, чтобы проводить тебя домой.

Я молча протянул ладонь, чтобы взять ее ключи. Она действительно не должна была давать их мне. Она вообще не должна была мне доверять.

— Правда, почему ты здесь? Ты проделал весь этот путь в такой час только для того, чтобы убедиться, что я добралась до дома в целости и сохранности?

Я пожал плечами.

— Я — хороший городской парень. Вольфганг высадил меня минуту назад, так что технически ты тоже меня подвозишь.

Покачав головой, она посмотрела вниз, прежде чем достать ключ из декольте. Ее декольте. Пошел я.

— Он забавный парень, но не думаю, что буду жить с ним.

Перед глазами мелькнуло красное.

— Прости? Жить с ним?

— Да, он не сказал тебе, когда подвозил? Он предложил пожить с ним в его общине. Там есть крошечный домик, он сказал, что я могу им пользоваться и все такое. Но я не знаю. Не хочу навязываться, и, учитывая все, что сейчас происходит в моей жизни…

— Старейшины все равно этого не одобрят, — я оборвал ее, пытаясь скрыть раздражение на друга. Мы никогда не обсуждали, что она останется с ним. Чертово животное просто хотело ее оседлать.

Блайт прошла к пассажирской стороне и, прежде чем нырнуть в машину, ответила:

— Хотя, судя по всему, они это сделали. Но это неважно.

Какого хрена? Фенрир управлялся самками, коллективными альфами. Хотя время от времени они выбирали исключительного самца, который становился альфой вместе с ними.

У них были свои порядки.

Как только я оказался внутри старой Хонды, вцепился в руль, и, благодаря темноте, мои эмоции были незаметны. Оникс и Вольф нуждались в быстром пинке по яйцам за то, что каждый из них пытался дурачиться с ней. Может, она и была великолепна, а я, может, и не являлся тем парнем, который ей нужен, но и они-то точно не были. И я не позволю им причинить ей боль. Я прибавил газа, и она выдохнула.

— Кстати, извини, что я упала в обморок во время твоей групповой терапии. Мне очень стыдно.

Бросив на нее косой взгляд, я ответил:

— Тебе нечего стыдиться, Блайт. Это тот псих, который преследует тебя, должен быть смущен. И наказан.

Неужели я произнес последнее вслух?

— Наказан? Боюсь, что добрый штат Алабама уже пытался и не смог наказать моего отчима. В данный момент... это просто неизбежно.

— Что просто неизбежно?

— Он найдет меня, Эймс. Ты видел пустое письмо. Он здесь. Или скоро будет. Это только вопрос времени, когда он поймает меня, и все будет кончено. — Не думая, я свернул с шоссе. Блайт вскрикнула, врезавшись в приборную панель. — Какого черта?

Машина с визгом остановилась на пыльной обочине. В тот момент я не мог спрятаться — может быть, это была луна, и она, и Хэллоуин, и этот чертов танец — я не мог, черт возьми, спокойно сидеть здесь и слушать, как она говорила о том, что ее могли убить. Я взял ее за подбородок и наклонил к себе. Ее карие глаза расширились под этой дурацкой маской, которую она ещё не сняла. Мне нравился ее темный макияж, но в тот момент я ненавидел Лису. Она не была Лисой. Я хотел нарисовать на ее лице свою маску с черепом, чтобы все знали, что она моя. Убрать с нее оранжевый и вернуть в черный. Она носила много черного, и мне это чертовски нравилось.

— Этого не случится, Блайт. Я могу, блядь, поклясться тебе в этом. Этот ублюдок не прикоснется к тебе, не найдет тебя, не заговорит с тобой, блядь, ничего.