Фотографии-реликвии. Рядом с кроватью стоял замысловатый туалетный столик, украшенный резным изображением херувимов, а зеркало с черными пятнами выглядело как старое столовое серебро. В центре сидела склонившая на бок голову белокурая кукла с косичками, перевязанными голубой лентой. Добавьте это к списку вещей, которые меня пугали, прямо под церквями и кукурузными полями. Я стряхнула с себя жуткое ощущение и сняла тесную одежду. К счастью, в комнате была крошечная ванная, отделанная розовым кафелем, с маленьким душем. Я вымылась мылом с ароматом жевательной резинки и постаралась не думать о том, насколько оно старое... или о том, что кто-то, возможно, пользовался им до меня. Натянув футболку группы «Danzig», обтягивающую самую пышную часть моих бедер, я выключила свет и легла в кровать. В лунном свете, пробивающимся сквозь прозрачные занавески, тут было не так уж плохо. И полагаю, что должна быть благодарна Мурам за то, что они предоставили мне комнату. Я не могла думать ни о мокрых пятках, ни о неприятном запахе тела. Поэтому свернулась калачиком и вздохнула, вытащив из ящика воспоминаний, словно шелк, свои любимые моменты этой ночи. Дружелюбная вампирша, проводившая меня, и ее огненно-рыжие волосы. Вороны вызвали на моем лице сонную улыбку. Она померкла, когда я вспомнила беловолосого вампира и его не слишком дружелюбные красные глаза. И тут я проскользнула в свое любимое воспоминание... а моя ладонь скользнула вниз по животу. Когда я повернулась и увидела Человека-Скелета, его кожаную куртку и злобный взгляд голубых глаз. Я просунула руку в трусики. Затем подумала об Эймсе и его однобокой ухмылке, когда он проводил рукой по своим черным волосам. Ради этой фантазии я могла бы выйти замуж за них обоих. Мои пальцы нашли нужное место. Я вспомнила, как во мне запорхали бабочки, когда толпа расступилась, и я снова увидела его. Как он предложил руку и притянул меня к себе. Наш танец, от которого у меня перехватило дыхание. Введя палец внутрь, я медленно двигала им, откинув назад голову и сдерживая стоны. А потом в моей фантазии доктор Коув, открыв дверь моей машины, не отступил ни на шаг, когда я встала. Он был так близко, что мне захотелось обхватить его руками. Его волосы упали с толстых стекол очков так, что я подумала... Боже, разве это возможно? Если бы Эймс Коув был моим загадочным Скелетом? Это было абсурдно и невозможно, потому что он стоял рядом с моей машиной сразу после этого. Ни один человек не мог быть таким быстрым, даже учитывая, как далеко находилась моя машина от «Пивоварни». Но в моей фантазии Эймс был с лицом скелета, и он обхватил рукой мою талию, притягивая к себе. Это его рука, а не моя, пробравшись между моих бедер, нашла меня влажной и нуждающейся. После слабого оргазма, он прижался своими губами к моим, как и в прошлой фантазии. Боже, интересно, каков на вкус его поцелуй... Кульминация пронеслась по мне как брошенный камешек по воде.

С тихим вздохом я вытащила руку из-под одеяла. Как же мне хотелось чего-то интенсивного и громкого, а не быстрого и робкого. Но этого должно быть достаточно. Сон сморил меня, пока я надеялась, что мой монстр найдет меня во сне для еще одного танца.

***

Следующий день начался с шума пылесоса, ревущего и жужжащего, который, как я предполагала, был тоже очень старым. Это некрасиво с моей стороны, но я подождала, пока звук утихнет, прежде чем выскользнуть из комнаты и спуститься обратно в свое болото. Я натянула рваные джинсы и накинула куртку Эймса. Даже торопясь вырваться из дома, я улучила момент, чтобы вдохнуть его аромат. Дубовый и слегка цветочный, как... лаванда. Почувствовав этот запах, я вспомнила о нашем танце со Скелетом. Нет, это было невозможно. Очевидно, все мои фантазии слились воедино в странном нездоровом виде. Мужчина, с которым я танцевала, вероятно, был каким-нибудь городским плохим мальчиком, и я никогда не узнаю его настоящую личность. Догадываюсь, что он, скорее всего, забыл обо мне. Желудок заурчал, чем заставил меня выйти за дверь в поисках чего-то другого, кроме крошащихся батончиков мюсли, спрятанных в моей сумке. Капли холодного дождя покрывали щеки, пока я брела по гравию к своей машине. Мистер Мур, похоже, подметал дорогу даже в дождь. Я надеялась избежать неловкого разговора с ним, поэтому тихо закрыла дверь машины. Как раз в тот момент, когда я подумала, что удалось избежать разговора, на капот запрыгнул их оранжевый полосатый кот. Опустив окно, я отпихнула его.

— Эй, ты промокнешь, иди, — шипела я. Суматоха была такой, что через несколько мгновений появился мистер Мур с метлой подмышкой. Он поднял кошку с моей машины и слегка кивнул:

— Доброе утро, Блайт. Мы надеемся, что ты хорошо спала в комнате Элли прошлой ночью. Сегодня мы должны получить оценку ущерба и узнать сколько времени займет ремонт подвала.

— Спасибо, сэр. Я ценю, что вы позволили мне остаться наверху прошлой ночью. — Я колебалась мгновение, прежде чем спросить: — Элли — ваша дочь?

Домовладелец неторопливо чесал под подбородком кошки, казалось, не обращая внимания на дождь, который набирал обороты вокруг нас.

— Да, Элли-Мэй — наша дочь.

Что-то в его тоскливом тоне заставило меня отказаться от дальнейших вопросов.

— Передайте ей «спасибо» за то, что позволила мне воспользоваться своей комнатой прошлой ночью.

— Я передам. — Он слабо улыбнулся. — Ты все еще планируешь присоединиться к нам за ужином в понедельник?

— Да, сэр, — я ответила, поворачивая ручку на своей двери и немного приподнимая окно, так как дождь лил уже вовсю. Мистер Мур опустил кота на землю, и тот пошел, совсем не по-кошачьи, по луже. Мы пожелали друг другу хорошего дня, и я медленно выехала на дорогу, мои стеклоочистители работали как сумасшедшие во внезапно начавшимся ливне. В зеркале заднего вида я увидела, что мистер Мур стоял там, где я его оставила, а метла все еще зажата у него подмышкой. Он мог заболеть, стоя под дождем. Я подумала о том, чтобы вернуться и попросить его зайти в дом, но решила не делать этого. Мужчина был стар, но, похоже, в здравом уме. Может быть, ему нравился дождь. Мой домовладелец был эксцентричным, без сомнения, как и весь Эш-Гроув. Но выражение его лица, когда он говорил о своей дочери Элли, заставило волоски на моих руках встать дыбом. Она не могла быть той девочкой на фотографиях, это было бы абсурдом. Может быть, она собирала старинные семейные реликвии. По какой-то причине мне было трудно в это поверить, и это достаточно хороший повод, чтобы отложить размышления об этом на некоторое время. «Gold Dust Woman» Флитвуда Мака звучала по радио, и я прибавила громкость, пока ехала до закусочной. У меня осталось пять долларов и немного мелочи после заправки Хонды. Этого хватало на кофе с бесплатной добавкой и тосты с маслом. Я решила взять это. Я заняла свою обычную кабинку с потрескавшимися кожаными диванчиками, и моя любимая официантка Дорис встретила меня свежей кружкой кофе.

— Доброе утро, дорогая. Что я могу предложить тебе сегодня?

— Здравствуйте, мисс Дорис. Можно мне, пожалуйста, тост с маслом? — спросила я, перебирая доллары и мелочь в своей сумочке, чтобы проверить, правильно ли посчитала. Мудрые глаза с морщинками вокруг проследили за моими движениями, и Дорис уперла руки в бока.

— Он просил меня не говорить тебе, но я не подчиняюсь приказам этого мальчишки. Твой счет оплачен на неопределенный срок. Заказывай все, что хочешь, сладкая.

Я нахмурила брови в замешательстве.

— Что вы имеете в виду? Кто-то заплатил за то, что я здесь ем?