— Мы доберемся до «Гебы» за пятнадцать минут, — говорит Ли.

— Я сказал: никаких больниц...

— Но Уайлдер! — протестует Ли. — Тебе нужно противоядие.

— Если мы заявимся в «Гебу», я сяду в тюрьму за призыв демонов.

Ли дрожит.

— Я скажу им, что это сделала я. — я так и знал, что она это скажет.

— Чтобы в тюрьму села ты? Нет. Мы едем к моей маме.

— К твоей маме? — переспрашивает Зев.

— Она была главным Алтум-целителем, у нее подвал забит лекарствами. Она поможет. — мне удается протянуть Зеву свой пистолет. Он медлит. — Возьми его и найди Джексона. У него могли закончиться патроны. — наконец Зев затыкает оружие за пояс своих облегающих брюк. — Осторожнее, он заряжен, — предупреждаю я. Зев кивает. — И еще кое-что. Когда найдешь Джакса, скажи ему раздобыть яд.

— Как? — спрашивает Зев. Я вздыхаю.

— Пусть найдет бутылку или проявит смекалку.

Ли смотрит на меня, и в ее глазах сияет надежда.

— Спасибо.

Мне приходится отвернуться, иначе мы никогда отсюда не уйдем.

— Идите через вампирские туннели, — говорит Зев. — Сегодня ими никто не пользуется. Так доберетесь быстрее.

Я киваю. Вампирские туннели идут параллельно городской ливневой канализации.

— Так и сделаем.

Мы с Ли выбираемся из туннелей в нескольких кварталах от маминого дома, но это достаточно близко. Пока Ли возвращает на место крышку люка, я опираюсь на ограждение над каналом. Это единственное, что не дает мне упасть, пока Ли не обхватывает меня за талию. Горло сдавливает — я больше не чувствую её тепла. Я волочу ногу за собой, пока мы пытаемся добраться до маминой двери.

Спустя несколько минут показывается дом. Я указываю пальцем:

— Вон тот.

Ли ничего не отвечает, лишь тяжело дышит, удерживая на себе почти весь мой вес. Подъем по ступенькам крыльца требует колоссальных усилий.

— Запасной ключ под ковриком, — хриплю я.

Ли отшвыривает соломенный коврик в сторону. Я изо всех сил стараюсь сосредоточиться на ней и не закрывать глаза, но с каждой секундой веки становятся всё тяжелее. Я так устал, и нет никакой гарантии, что у мамы найдется то, что мне нужно для борьбы с ядом, утягивающим меня в небытие. Но я обязан в это верить.

— Заходи внутрь, Уайлдер! — Ли встряхивает меня, не давая отключиться. С её помощью мы вваливаемся в прихожую. Ли щелкает выключателем, пугая Перси — тот, видимо, спал на лестнице и теперь пулей уносится в гостиную.

— Кьяра!

Тишина.

— А ели её нет до-ома? — я морщусь. Слова заплетаются.

Ли бледнеет.

— Какого черта мы тогда сюда приперлись, есл...

Голова становится неподъемной и заваливается набок. Ли пытается удержать меня крепче, но ей не хватает сил. Я рушусь на пол, как груда кирпичей, увлекая её за собой. Она вскрикивает.

— Не засыпай. Не смей засыпать!

Я и не сплю. Я просто даю глазам отдохнуть.

— Уайлдер, это ты?

Я заставляю себя открыть глаза. Наверху лестницы стоит мама в пушистом ночном халате. Слава богу, она здесь. Возможно, я выкарабкаюсь.

— Что ты здесь делаешь? — она пошатывается.

Сердце падает. Она пьяна.

Мама спускается по лестнице. Она зацепляется ногой за подол халата и вцепляется в перила, чтобы не упасть. Каким-то чудом она добирается до последней ступеньки и опускается на корточки рядом со мной. Её глаза покрасневшие и остекленевшие. Я покойник.

— Пожалуйста, доктор Данн, нам нужна ваша помощь. Уайлдера отравили! — кричит Ли. Если она и поняла, что мама пьяна, то не подает виду. Мама моргает, будто только сейчас осознав, что в её прихожей находится принцесса. Кажется, Ли готова влепить ей пощечину, чтобы привести в чувство. — Доктор Данн, умоляю, помогите ему!

Мама переводит взгляд на меня.

— Что случилось?

Я приоткрываю рот, чтобы ответить, но язык прилипает к нёбу.

— Демон Харборим, — говорит Ли вместо меня. — Нам нужно противоядие, иначе он может никогда не проснуться.

Мама бледнеет.

— Харборим? Где...

— Левое плечо...

Я проваливаюсь в беспамятство.

— Его показатели нестабильны.

Я шевелюсь, и мои веки приоткрываются. Я больше не в прихожей. Я лежу на чем-то твердом в маминой аптеке. Над головой покачиваются пучки сушеных цветов, а стены уставлены полками с травами, настойками и книгами. Каким-то образом эти две женщины затащили меня сюда. В другое время я был бы впечатлен, но сейчас я не могу сосредоточиться на происходящем.

— Чем я могу помочь? — Ли стоит за спиной мамы, которая светит мне фонариком в глаза.

— Вам следовало отвезти его в больницу, там гораздо больше возможностей помочь ему, чем у меня, — ворчит мама.

Голос у нее звучит гораздо трезвее, а изо рта пахнет кофе.

— Он настоял на том, чтобы мы ехали сюда, — отвечает Ли, отказываясь пасовать перед мамиными нападками. Я впечатлен. Я не раз оказывался под прицелом маминого острого языка.

Мама фыркает: