— Ладно, отлично, — отвечаю я со всем энтузиазмом, который только смогла из себя выжать.

Улыбка Элио становится искренней теперь, когда он получил желаемое. Он поворачивается к королеве, оставляя меня в своей тени.

— Ваше Величество, — говорит он с поклоном. — Это было честью для меня. Мой глава администрации пришлет детали относительно ланча. — он выпрямляется. — Принцесса, передам Джианне от вас «привет».

Я ничего не отвечаю, когда он уходит. Джианна не писала мне с тех пор, как я бросила ее в «Атлантисе». Элио наверняка знает, что Джи меня ненавидит. Возможно, ему плевать. Всё, что волнует его и его жену — это их статус высшего эшелона Эпсилонов, что подразумевает любезничанье с моей семьей.

Глава 10

ЛИ

— Ужасная погода, — говорит бабушка, глядя на густые тучи над головой.

Дождь барабанит по стеклянному потолку оранжереи, где мы сидим за небольшим столиком, накрытым на троих к послеобеденному чаю. Между нами возвышается ассорти из пирожных и сэндвичей, но я не могу думать о еде. Желудок стягивает узлом. Я собираюсь просить об отказе от титула и молюсь, чтобы бабушка не стала со мной воевать.

Бабушка наливает в чашку янтарную жидкость. Добавляет сливки и сахар, помешивая золотой ложечкой. Кроме шума дождя и звона столового серебра о фарфор, слышно только наше сдержанное дыхание. Она подносит чашку к своим пергаментным губам, изучая меня поверх края.

Когда тишина затягивается, она тянется за макаруном. Ее любимым.

— Я не хочу быть королевой, — выпаливаю я. Ее плечи дергаются, но я продолжаю: — Учитывая всё, что происходит с «Никс» и вампирами, ты должна согласиться: без магии я не готова брать на себя ответственность правителя.

Бабушка деликатно откусывает кусочек десерта.

— Попробуй яичный салат. Он восхитителен.

Я хватаю сэндвич без корочек и швыряю его на свою пустую тарелку.

— Ты знаешь, что я права.

— Это копченый лосось, — замечает она.

И правда, передо мной лежит сэндвич с копченым лососем, а я ненавижу лосось — вероятно, поэтому она об этом и упомянула. Но раз я не собираюсь его есть, это не имеет значения. Тем не менее, я хватаю яичный сэндвич и плюхаю его рядом с этим оскорбительным куском рыбы. Что угодно, лишь бы она была довольна.

— Как я и говорила...

— Целитель Алтум заверил меня, что твоя магия скоро проявится, — ровным тоном произносит бабушка, имея в виду единственного врача, уполномоченного давать медицинские советы королевской семье. Мать Уайлдера, Кьяра Данн, занимала эту должность до недавнего времени, но теперь это какой-то парень по имени Крукс.

Мне следовало вчера сразу понять, кто такой Уайлдер. У него и целителя Данн одинаковые глаза. Только глаза Уайлдера были полны такой боли.

— Но мы не знаем когда. Стоит ли оно риска? — спрашиваю я. Подавители невозможно отследить, но мне бы не хотелось лишний раз встречаться с целителями. — Мир — это самое важное. Люди могут ополчиться против меня.

Бабушка хмыкает.

— Из-за того, что ты поздний цветок? Умоляю. Ты же не Лунная ведьма, в конце концов. Я имела дело с розами и поупрямее тебя, Ли, и они всегда оказывались самыми великолепными и ароматными. Я не беспокоюсь ни о тебе, ни о твоей...

В комнату врывается Дон, и от его леденящего взгляда мурашки бегут по коже.

— Знаешь, с кем я только что говорил по телефону? — он адресует вопрос мне.

— Нет. А должна? — спрашиваю я, пока он придвигает стул.

— С командиром Марлоу Уилкс.

Мой пульс учащается. Я тянусь к чаю, стараясь занять чем-то руки.

— И как она осваивается в новой роли?

— Она звонила не для того, чтобы болтать о пустяках, — вена на лбу Дона вздулась. — Она звонила, чтобы справиться о тебе, Ли. Она хотела убедиться, что с тобой всё в порядке после твоей встречи с «Никс» на вчерашнем фестивале.

Я с трудом сглатываю ком в горле, видя, как сузились глаза бабушки. Я не собиралась рассказывать семье о «Никс». Сегодняшнее чаепитие должно было быть посвящено моему титулу.

— И что ты ей ответил? — спрашиваю я.

— Что она ошиблась, — Дон разрывает сэндвич с ветчиной пополам. — Что если бы целью «Никс» стала моя племянница, она бы мне об этом сказала. — он запихивает кусок в рот и начинает энергично жевать.

— Целью? — переспрашивает бабушка, ее поредевшие брови сдвигаются к переносице.

Дон кивает с набитым ртом.

— Да, мама, целью.

Две пары одинаковых сапфировых глаз пригвождают меня к стулу. Я отвожу взгляд. Когда я смотрю на них, я вижу только Финна.

— Ну так что, Ли, это правда?

Как наследница престола, я не должна иметь никаких связей с террористами. Обычно я бы придумала какую-нибудь ложь во спасение, но прямо сейчас это — еще один веский повод для отречения.

— Да.

— Боже мой, — вырывается у бабушки.

Дон опускает голову.

— Как это случилось?