— Паллас Лайра подошел ко мне в «Атлантисе», — начинаю я. — Я не узнала его и думала, что он не узнал меня. Он пригласил меня развеяться и привел на Фестиваль Урожая. Я потребовала, чтобы мы ушли, но он сказал, что сначала должен повидаться с другом. Я не увидела в этом ничего дурного и рассудила, что вернуться домой с ним будет безопаснее, чем на общественном транспорте.

Дон кивает:

— Продолжай.

Я продолжаю:

— Мы зашли в шатер, чтобы встретиться с его другом, но это оказался Хирон. Он задавал мне кучу вопросов, потом прогремел взрыв, и я воспользовалась суматохой, чтобы сбежать — так я и встретила офицера Данна.

— Ах, ну да, — подытоживает Дон. — Сын предателя. В какой прекрасной компании ты вращаешься, Ли.

Я опускаю голову.

— Давайте не будем зацикливаться на второстепенных деталях, — говорит бабушка. — Ты виделась с Хироном?

— Да. — ненавижу то, каким тихим и жалким звучит мой голос.

— И? Чего хотел этот мерзавец?

Я ахнула. Бабушка никогда не ругается, но Хирон повинен в смерти ее сына и внука. Она может называть его как угодно.

— Он сказал мне, что письма в Железном Парфеноне — подделка. Сказал, что они с моим отцом были союзниками, и в ту ночь, когда отец погиб, он должен был передать Хирону настоящие письма.

Я ожидала, что она усмехнется или снова назовет Хирона подонком, но бабушка вдруг выпрямилась.

— Ты уверена, что он спрашивал тебя о письмах? — прошептала она.

— Э-э, да.

— С чего бы Хирону думать, что они у тебя? — спрашивает Дон.

— Какая разница? Он всё равно лгал.

Бабушка изящно промокнула рот салфеткой.

— Письма в Железном Парфеноне действительно фальшивые. Настоящие пропали много веков назад — по крайней мере, так нам говорили.

Если бы я в этот момент отхлебнула чаю, я бы всё выплюнула прямо на стол.

— Кто вам это сказал?

— Твой отец, — вставляет Дон.

Я вздрагиваю. Эти письма имеют решающее значение для нашей истории. Они — фундамент наших законов и правовой системы. Если в Парфеноне лежат подделки, это должно быть достоянием общественности. Люди должны их искать.

— Это правда? — спрашиваю я. — Мой отец и Хирон были союзниками?

— До определенной степени, — отвечает бабушка.

— Что это значит? —у меня сужаются глаза, а воздух в легких будто заканчивается.

Дон тянется через стол и сжимает мою вспотевшую ладонь.

— У твоего отца были настоящие письма, запертые во дворце, и он планировал отдать их Хирону, надеясь, что правда заставит «Никс» прекратить их жестокость, — объясняет Дон. — Но потом он разорвал союз. Вот почему Хирон подослал Тейера.

— Но зачем ему это делать, если он знал, что станет мишенью для «Никс»? — спрашиваю я.

— Потому что, — начинает Дон, — когда Гвин начал копать глубже, мой брат узнал, что настоящие письма описывали крах вовсе не королевы Ивы, а королевы Арадии.

— Как это?

— Потому что Арадия была Лунной ведьмой, — говорит Дон.

Я отпрянула.

— Что? Арадия была Космической ведьмой, как отец и ты. — в большинстве случаев стихийный сектор передается от одного из родителей. Финн был Морским ведьмаком, как мама, а я надеялась пойти в отца, который пошел в своего отца.

— Мы тоже так думали, — произносит бабушка. — Мы считали, что Ива была единственной Лунной ведьмой в нашей семье, но Гвин подозревал, что в письмах говорится иное. Если они докажут, что Арадия тоже была Лунной ведьмой, это может иметь катастрофические последствия для нашей семьи. Люди заподозрят, что мы лгали о своем происхождении, и что любое будущее потомство может оказаться Лунным. Это может положить конец роду Раэлин! «Никс» получат всё, чего хотят.

— В письмах не может быть такого написано, — начинаю я, губы шевелятся медленнее, чем соображает мозг. Это невозможно. Ива была Лунной ведьмой. Именно ее «лунное безумие» стало причиной, по которой Совет принял «Закон о лунных ведьмах», приговаривающий всех Лунных ведьм к осуждению перед смертью. Арадия приняла этот закон. — Арадия не могла быть Лунной. Она не могла…

Но если Арадия была Лунной ведьмой… тогда становится понятно, почему я — одна из них.

— Я знаю, меня от этого тоже тошнит, — вставляет Дон, и в моем желудке разливается желчь. — Мы не знаем, что именно в письмах, но мой брат был так уверен.

— Но она же убила ее, — говорю я, не в силах сосредоточиться ни на чем другом. — Арадия зажгла костер и смотрела, как ее сестра горит за то, что она Лунная. После этого всех Лунных ведьм начали сжигать.

— Они были сестрами; как и большинство братьев и сестер, они враждовали. Как бы то ни было, Ива развязала Первую войну с Небула. Она должна была быть наказана. Ты ведь это понимаешь, верно? — спрашивает бабушка.