Подруга умудрилась выйти на моего брата и соврала, чтобы выгородить меня. Думала, что так поможет мне хотя бы немного смягчить мать. Эва просто офигенная.

– А... да... прости... просто... – я начинаю мямлить, думая, какая веская причина могла бы вынудить меня пропасть на всю ночь на охоте.

– Сумасшедшая! Сестренка, ты меня так напугала! – Натан хочет обнять меня, но тут его взгляд падает на шевелящийся комок у меня на руках. – А это кто? Фух… я так перенервничал, даже не сразу заметил.

– Долгая история, – шепчу я, оглядываясь на лестницу. – Мать в ярости? В бешенстве? Она кого-то вызывала для моих поисков? Мне конец?

Зря Эва подставила своего брата, сказав, что я была с ним…

– Матери нет. Ты не поверишь, но её не было всю ночь.

Облегчение накрывает меня такой гигантской теплой волной, что я едва не падаю замертво. Меня отпускает. Каждая мышца, которая была напряжена до предела последний час, вдруг расслабляется. Я готова смеяться и плакать одновременно.

– Да ладно?! Шутишь? – я смотрю на брата широко раскрытыми глазами.

– Я сам удивлён, – Натан качает головой, морщась. – Давай скорее, иди переоденься. От тебя несёт какой-то тиной, пахнет чем-то мерзким. Ты что, в грязи валялась всё это время?

Я бросаю взгляд на свое отражение в большом зеркале холла и понимаю, что выгляжу просто ужасно. Лицо грязное, волосы как гнездо. Я уверена, что действительно воняю речной водой. Мать сразу заметит, она помешана на том, чтобы я выглядела идеально. Её даже мои веснушки раздражают… Если она увидит меня в таком виде, поймёт, что я только что вернулась и дома не ночевала.

– Быстро, пошли, – шепчу я, подталкивая брата к лестнице. – Никто из прислуги не видел, что меня нет?

– Не видел. Горничная матери спит, а повар ещё не пришёл. У нас есть минут десять, не больше. Бегом, Лилит!

– Держи, – я разворачиваюсь и вручаю Натану котёнка. – Дай ему быстро чего-нибудь поесть, найди какое-то блюдце и…

– С ума сошла? – Натан держит заморыша на расстоянии вытянутой руки. – У него наверняка блохи! Или лишай… где ты вообще его взяла?

– В реке выловила. Неужели тебе его не жалко? Посмотри, такие глазки… лапочка!

– Лилит! В реке?!

– Тс-с! Не кричи так. Просто покорми его. Давай, – я подталкиваю брата в сторону кухни. – А потом неси ко мне в комнату. Придумаю, что с ним делать. Но точно не брошу.

Если бы это было так просто… может отдать котёнка кому-то? Мать точно не разрешит. Да она его просто прибьёт, если увидит в доме. Она ненавидит животных.

Натан поворачивает в сторону кухни, заходит внутрь, прикрывая за собой дверь.

Я успеваю лишь поставить ногу на первую ступеньку лестницы, ведущей на второй этаж, как сзади раздаётся характерный звук срабатывающего порт-ключа.

Нет… нет… только не это. Холод сковывает руки, ноги и даже лёгкие. Я делаю вдох через силу, кислород едва проходит через сжавшееся в ужасе горло.

Оборачиваюсь, и мы встречаемся с матерью взглядами.

Я стою перед ней вся грязная, очевидно, что я не с постели выбралась. И Натан с заморышем… они на кухне и оттуда нет другого выхода, кроме как сюда – прямиком в мамины холёные ручки.

Глава 19.4

Мать поправляет слегка выбившуюся прядь причёски. Её движения медленнее обычного, и они лишённые той резкой, колючей грации, которая обычно присуща ей. Она смотрит на меня и произносит даже как-то растерянно:

– Лилит? Ты уже встала? Так рано...

Внутри меня всё кричит от недоумения. Она что, серьёзно? Я стою грязная, от меня несёт речной тиной, мои волосы похожи на воронье гнездо, а мать не замечает?

Я сглатываю вставший в горле ком и выдавливаю из себя:

– Э-э... да. Решила попить водички.

Мать медленно подходит к основанию лестницы. Она не сводит с меня глаз, но этот взгляд... в нём нет привычного холода. И она не оценивает меня, выискивая малейшие изъяны, как бывает обычно.

– Как вы вчера с Натаном погуляли?

Я застываю. Мозг лихорадочно обрабатывает информацию. Она действительно не видит, какая я?

Мама выглядит необычно... слишком расслабленная. Её плечи опущены и… о Легенды… она криво застегнула пуговицы на своём фиолетовом платье. Они спереди, и я отчётливо всё вижу. То есть она его снимала? То есть… она спала с мужчиной?!

– Хорошо погуляли, – начинаю я, думая, насколько будет уместно подняться на пару ступеней выше, чтобы увеличить расстояние между нами. – Мы с Натаном сначала поели в одном местном заведении, потом погуляли... Воронья Гавань очень красивая. Здесь... э-эм... прекрасная природа... Леса, горы…

Молодец, Лилит. Очень умно! Сейчас мать решит, что мы шастали по лесу в поисках приключений.

Но в голову особо ничего не лезет. Я ведь правда видела только леса, горы… а, ну ещё член Ксандра. Его я помню лучше всего.

– Да, местечко диковатое, – эхом отзывается мама.

Она же едва слушает меня! Даже смотрит будто бы сквозь. Взгляд матери затуманен. Она слегка улыбается своим мыслям.