Внутри меня бушует сумасшедший коктейль из обжигающего предвкушения и глухого, первобытного страха. Нас разделяют считанные метры от края, из которого веет могильным холодом и абсолютной пустотой.

Всю мою жизнь меня учили, что Бездна – это то, чего нужно смертельно бояться. Это запретное, проклятое место, несущее только гибель. Но сейчас, когда тяжелая ладонь Ксандра уверенно держит мою, а за спиной висит подаренный им арбалет, этот страх странным образом пьянит, превращаясь в чистый адреналин. Я заворожённо смотрю вперёд, не в силах отвести глаз от подступающей к ногам темноты.

И вот мы, держась за руки, подходим к самому краю. Нужно просто опустить взгляд, чтобы посмотреть, что там внизу, но я всё не решаюсь. Просто застываю на самой кромке каменистого обрыва.

– Ну что, трусишка? – низкий голос Ксандра раздаётся у самого уха.

– Мне не страшно, – с нарочитой бравадой произношу я.

Переборов внутреннее оцепенение, заставляю себя сделать это. Опускаю взгляд вниз.

У меня мгновенно перехватывает дыхание, а к горлу подкатывает липкий ком. Я смотрю в абсолютную, непроглядную, антрацитовую тьму, которая кажется неестественно плотной, будто её можно потрогать руками. Но самое жуткое – эта тьма будто живая. Кажется, словно там, в глубоких чертогах земли, есть какое-то едва заметное, хаотичное шевеление, от которого по спине пробегает табун ледяных мурашек. Кажется, будто сам разлом дышит, как гигантское чудовище. И запах... оттуда, из глубины, исходит очень странный, тяжёлый, сладковатый запах сырости и чего-то чужеродного. Вдруг понимаю, что у меня начинает кружится голова.

– Что им нужно? – негромко произношу я, продолжая словно заворожённая смотреть во тьму Бездны. – Ну, помимо того, чтобы нас сожрать... Или им ничего не нужно больше, и они следуют только низменным инстинктам?

Ксандр сильнее сжимает мою ладонь, удерживая у края:

– Безусловно, они следуют низменным инстинктам. Но некоторые из них, которые более опасные, чрезвычайно умны и хитры. И связываться с ними себе дороже. Некоторые виды по своим повадкам чем-то походят на слишком уж разумных существ. Они способны обманывать, прекрасно запоминают охотничьи тропы, умеют подстерегать в засаде и даже общаться между собой. Низшие твари на такое не способны, они прут напролом, но вот другие – вполне.

Я стою, всё ещё всматриваясь в зловещую тьму, пытаясь переварить его слова. Я не знала, что они настолько умные…

И вдруг из темноты разносится глухое, утробное улюлюканье, переходящее в странный, вибрирующий звук:

– У-у-уррр...

– Сколько мы их не убиваем, с каждым годом их становится все больше, – опустившись до шёпота, говорю я, не отрывая взгляда от Бездны. – Мать так говорит. Да и ты наверняка это знаешь.

Ксандр мрачно кивает:

– Так и есть. Их численность растёт.

У меня сейчас ощущение, что даже кровь медленнее бежит по жилам. Я поворачиваю к Ксандру лицо:

– А что, если однажды мы просто не сможем их остановить?

– Пока что мы справляемся. Не бойся, Ли-Ли.

Я смотрю на Ксандра, а в голове набатом бьётся мысль: я действительно боюсь. Хотя даже ещё ничего не случилось… Страх – наш главный, самый коварный враг. Я искренне, всем сердцем ненавижу его, ведь то, чего мы боимся, имеет над нами колоссальную власть. Уж я-то, со своей дрянной жизнью, усвоила это правило как никто другой. Я не боюсь мать уже давно. Я боюсь того, что она отнимет у меня последние радости жизни. И она здорово умеет на это давить.

Я снова перевожу взгляд на чернющую бездну. Внутри зреет упрямый, яростный протест. Однажды настанет день, когда я не буду бояться вообще ничего. Ни матери, ни навязанного брака и Гидеона, ни этих тварей…

И начать нужно прямо сейчас.

Я резко поворачиваюсь к Ксандру и бросаю с вызовом:

– Смотри, хочешь докажу, что я не трусиха? Ты ведь спросил сегодня, доверяю ли я тебе?

– Ты что задумала, принцесса?

Вместо ответа я вкладываю свою вторую руку в его свободную ладонь. Теперь мы крепко держимся за обе руки, стоя лицом друг к другу. Я делаю глубокий вдох, разворачиваюсь к Бездне спиной и шепчу, глядя прямо в его светло-голубые глаза:

– Я верю тебе.

И я просто откидываюсь назад, позволяя силе притяжения увлечь моё тело прямо в объятия пугающей пропасти. Смещаю центр тяжести до тех пор, пока не оказываюсь стоять на самом краешке обрыва лишь кончиками носков.

Всё.

Меня больше ничего не связывает с твёрдой землёй. Меня держит только Ксандр. Стоит ему разжать пальцы, и я полечу вниз, в непроглядную неизвестность, кошмар поглотит меня за секунды.

Волосы дикой, бешеной волной развевает ветер, поднимающийся из глубин Бездны. Я балансирую на грани и… улыбаюсь.