Мой взгляд против воли скатывается ниже на чувственные губы Ксандра, но он вместо поцелуя произносит:

– Это тебе, Ли-Ли.

Я с досадой опускаю взгляд на оружие, чувствуя, как к щекам приливает лёгкий румянец. Арбалет… Красивый, но он какой-то маленький, даже изящный по сравнению с теми массивными орудиями, что я видела на полигоне.

Ксандр, заметив моё замешательство, тихо хмыкает:

– Тебе в самый раз, поверь. Стреляет ничуть не хуже моих игрушек. К нему подойдёт и болт, и стрела. Универсальная вещь.

Он закрепляет ремень оружия на моем плече, и его пальцы на секунду задерживаются на моей ключице, обжигая даже сквозь ткань.

– Спасибо, – улыбаюсь я.

Ксандр кивает, а затем говорит:

– Сегодня хочу отвести тебя к Бездне. Покажу её поближе.

В груди мгновенно разливается холодная волна, и сразу следом за ней чувствую отчётливый укол беспокойства. Бездна у всех ассоциируется со смертельной опасностью, жуткими тварями и темнотой. Близко подходить не особо хочется…

– Правда? – тихо переспрашиваю я, вглядываясь в его лицо. – Прямо туда?

Ксандр слегка наклоняется вперёд, обдавая меня теплом своего дыхания, и на его губах снова расцветает та самая уверенная ухмылка:

– Со мной тебе нечего бояться. Сейчас самое безопасное время в месяце. Исчадий почти нет.

– Я тебе доверяю, – выдыхаю я. – Но я думала, что у нас свидание…

Ксандр ещё шире ухмыляется, явно довольный моей реакцией:

– Я же говорил, теперь я учу тебя стрелять. Сегодня будет первый урок. Если будешь хорошей ученицей, останется время и на свидание...

Да он специально издевается!

Спустя несколько минут мы оказываемся во дворе дома Ксандра. Я замираю, внимательно рассматривая их большой дом вблизи. От Эвы я знаю, что отец Ксандра подарил новым родителям Ксандра дом в таком шикарном квартале. В принципе, Воронья Гавань – небольшой городок, и здесь очень мало семей, кто может себе позволить подобное жильё. А уж тем более человеческих семей…

Я бросаю быстрый взгляд на идущего рядом Ксандра. Кто его отец на самом деле? Эва упоминала, что отец Ксандра хочет общаться с ним, но сам Ксандр никогда ничего про это не говорит. Мы вообще поразительно мало разговариваем о нём, о его прошлом и о его семье. В основном все наши разговоры крутятся вокруг охоты или секса… Но мы и встретились впервые за долгие годы всего пару недель назад. Наверное, ещё недостаточно близки? Как вообще определить степень близости с парнем?

Мы идём дальше по ухоженному, просторному двору и останавливаемся у какой-то странной деревянной штуки на высокой ножке, которая больше всего напоминает обычный скворечник для птиц.

– Это фиксированный порт-ключ до места назначения.

Я удивлённо приподнимаю брови:

– О, ничего себе.

– Ведёт до места охоты, это удобно, – ровно отвечает Ксандр, протягивая руку к деревянной конструкции. – Если артефакт постоянно подзаряжать... – он указывает на маленький, тускло мерцающий накопитель, аккуратно приоткрывая резную дверцу «скворечника». – …то можно перемещаться без проблем.

– Понятно, – киваю я, разглядывая умелую работу.

– Вперёд, – Ксандр протягивает мне ладонь.

– Подожди, – я берусь за его руку, но с места не двигаюсь. – Я никогда не спрашивала тебя... И не то чтобы хочу лезть не в своё дело, просто интересно. Здесь ведь живут не твои биологические родители.

Ксандр медленно кивает, глядя на меня своим абсолютно непроницаемым взглядом.

– Ну... кто они тогда? – неуверенно продолжаю я, слегка замявшись. – Ты ведь родился в семье дракорианцев.

– Имеет какое-то значение в какой семье я родился? – Ксандр слегка прищуривается. – Я вырос в Вороньей Гавани, меня воспитали здесь, вырастили здесь. Те, кого я считаю родителями, живут здесь. Они люди, и они дали мне всё.

– Прости, – поспешно оправдываюсь я, чувствуя, как внутри ворочается неловкость, уж я-то знаю, как порой бесят вопросы о семье. – Просто Эва узнала от Маркуса и упомянула случайно в разговоре со мной, что твой отец... он здесь. В городе. И она говорила, что он из Ауриндара. Кто-то влиятельный…

Я отчётливо вижу, как брови Ксандра мгновенно сходятся на переносице, образуя жёсткую, суровую складку. Естественно, он совсем не любит обсуждать своего отца. Наверное, они в ужасных, отношениях, может быть, даже Ксандр его ненавидит. Но я уже завела этот разговор и отступать не хочу, поэтому я упрямо продолжаю:

– Я просто хотела узнать, кто он. Банальное любопытство, Ксандр.

Он издаёт короткий, лишённый всякого веселья смешок и качает головой:

– Не имеет значения, кто он. Потому что наши с ним жизни никак не пересекаются и не пересекутся.

Ксандр делает тяжёлую паузу, его челюсть упрямо сжимается, на скулах ходят желваки, но затем он всё-таки неохотно добавляет:

– Знаешь... да, он действительно недавно объявился здесь. Знаешь, зачем?