— Расслабься, Алекс, — сказал он, когда мы подошли к огромным матовым дверям. — Здесь кормят хорошо. И смотрят в основном на меня.

Мы вошли в холл. Интерьер был выдержан в стиле космического минимализма: много света, стекла, полированного тёмного камня и живых растений.

К нам немедленно направился метрдотель — высокий, безупречно одетый рихт с непроницаемым лицом.

— Цан Зартон, — почтительно склонил он голову. — Всегда рады вас видеть. Ваш постоянный столик свободен.

— Сегодня не в общий зал, Гирн, — ответил Дрейк, бросая короткий взгляд на меня. — Особую кабинку.

— Конечно. Прошу.

Мы двинулись за метрдотелем по широкому коридору. Я старалась не пялиться по сторонам, но краем глаза ловила взгляды других посетителей. Богатые. Влиятельные. В основном рихты.

И все смотрели на Дрейка. С уважением, с любопытством, кто-то с подобострастием. Были взгляды с откровенной опаской.

А потом их взгляды переключались на меня, и в них читалось лёгкое недоумение.

Я почувствовала, как снова начинаю гореть, и ускорила шаг, стараясь идти вровень с Дрейком и держать спину прямо, а голову высоко.

Прямо перед поворотом в сторону приватных комнат, из бокового проема возникла тень.

— Дрейк. Какая неожиданная и приятная встреча.

Голос был роскошным. Низким, бархатным, с придыханием, которое заставляло вздрагивать каждую клеточку. Я подняла глаза и… замерла.

Перед нами стояла женщина-рихт.

Хотя слово «женщина» здесь было совершенно недостаточным. Это было воплощение опасной, хищной красоты.

Высокая, с идеальными, плавными линиями тела, подчеркнутыми облегающим платьем из переливающейся темно-синей ткани. Длинные, цвета воронова крыла волосы были убраны в сложную причёску, открывающую длинную, изящную шею и безупречные скулы.

Её лицо было произведением искусства: большие миндалевидные глаза с лёгким, естественным наклоном, высокие скулы, чувственные губы.

А её хвост… Он был тоньше, изящнее, чем у Дрейка и даже у Сандры, но не менее выразительным. Он плавно изгибался за её спиной, кончиком касаясь её бедра, и каждый его изгиб был воплощением грации и хищной гибкой силы.

Она смотрела прямо на Дрейка, и в её взгляде горел открытый, неподдельный интерес.

Глава 12. Встреча

Я всё пыталась вспомнить, откуда мне знакомо её лицо. Явно же видела. Не помню только, где…

— Кайра, — кивнул Дрейк, неожиданно широко улыбаясь. — Какой сюрприз!

— Ты давно не появлялся в наших кругах, — продолжила она, красиво двинув бедром, шагнула она ближе к нему. — Все гадают, чем ты занят.

И этот бархатно-вкрадчивый голос с соблазняющими нотками мне тоже был знаком. Я вдруг вспомнила её. Кайра Дарлен. Владелица медиа-гиганта...

Точно, как я могла её сразу не узнать. Её лицо было повсюду: на плазменных экранах, на фронт-лайнах ведущих политических дайджестов.

Она вела авторскую программу, где брала интервью у высокопоставленных военных, расспрашивая их о бюджетах и провалах. Причём так, что те в буквальном смысле истекали потом в прямом эфире.

— Так чем же ты занят, Дрейк? — вкрадчиво улыбнулась она, делая к нему ещё один шаг и томно взмахнув своим хвостом.

— Работой, Кайра, — ответил Дрейк, небрежно откидывая белую чёлку со лба. — Знаешь, она вечно накапливается. Особенно, когда кто-то пытается её усложнить.

Широкая обаятельная улыбка моего босса стала совсем уж ослепительной, так, что у меня в груди вдруг что-то защемило. Только вот в его чуть сощуренных глазах я отчётливо уловила стальной блеск.

— О, а я всегда рада усложнить кому-то жизнь, — Кайра мягко рассмеялась. — Ты точно не в соседнем отделении генштаба был? А то я как раз собираюсь выжать соки из старого Брукса насчёт перерасхода на новые эсминцы.

Дрейк молчал, игнорируя её вопрос, но это её ничуть не смутило.

Гибким грациозным жестом Кайра откинула тяжёлую прядь волос с открытого платьем плеча, и я невольно проследила, как густые чёрные волосы ласкающе скользнули по идеальной обнажённой коже.

— А ты, Дрейк? — её голос стал соблазнительнее и глубже. — Когда дашь мне долгожданное интервью? Вся галактика ждёт, когда же знаменитый и такой же загадочный Дрейк Зартон наконец раскроет секреты своего успеха. Или, может, провалов?

Она сделала ещё шаг вперёд, и её хвост, гибкий и острый на кончике, плавно протянулся, легонько коснувшись хвоста Дрейка у самого основания. Жест явно был слишком интимным, почти фамильярным.

— Твой следующий гон скоро, если не ошибаюсь? Может, проведём его вместе? Как в старые времена, — прищурила она свои красивые глаза.

Меня будто в жидкий азот окунули. Я почувствовала себя не просто лишней, а несуществующей.