Пока жду разрешения от врача пройти к сыну, сцеживаюсь в комнате для мам.

Молока теперь стало больше. Грудь растет как на дрожжах. Конечно, это ожидаемо. Я даже заранее купила специальный бюстгальтер для кормления. Но никак не думала, что он станет мне мал всего за пару дней!

Теперь, не дай бог, столкнуться с Кириллом. Если сына еще есть шанс скрыть, то такое «богатство» уж точно нет.

После сцеживания болтаюсь без дела. Думала Варю найти, но ее нигде нет. В ординаторской говорят — на родах.

Тогда прошу у медсестры свой айфон. Приносит. Проверяю пропущенные звонки и сообщения от Кирилла. Оставляю их непрочитанными.

Наконец, подходит время. Меня пускают к сыну. На несколько сладких минут, я забываю обо всех заботах. Заворачиваю своего мальчика в мягкую пеленку и осторожно беру на руки.

Лева морщит лобик, смешно щурит глазки – огромные, темные, как ночное небо. Смотрит прямо на меня. Чуть шевелит пальчиками, прижимается к груди.

Щекой чувствую его теплое дыхание.

– Ты скучал по мне, сынок? Мама очень скучала. Очень-очень, – шепчу ему ласково и чмокаю в лобик.

Лева слегка вытягивает губки, тихонько кряхтит, будто хочет что-то ответить. Но у него ничего не получается.

Смеюсь. Лапуля мой. Поскорее бы забрать тебя отсюда.

– Держим не больше десяти минут, мама! Он еще быстро устает, – напоминает мне медсестра, когда заходит в палату.

Киваю. Но в груди все сжимается.

Всего десять минут, а мне хочется держать его вечность! Не выпускать из рук. Чувствовать каждой клеточкой.

Молоко приливает так сильно, что даже больно. Хочется покормить сына грудью, пока не наестся досыта. Но Левушка все еще не может сосать сам. Врач сказал — лучше еще подождать. Дать набраться сил.

Мое время с сыном истекает слишком быстро. Медсестра мягко забирает его у меня. Возвращает в кювез.

Пою сыночку нашу колыбельную. Гляжу, как он медленно закрывает глазки и засыпает под тихое пиканье аппаратов.

Выхожу из отделения. Руки все еще пахнут сыном – смесью молочного тепла и стерильной ваты.

Прижимаю ладони к лицу. Закрываю глаза. Запоминаю это запах. Мой якорь, мой смысл.

Медленно спускаюсь по лестнице. В голове странная пустота – после Левушки все остальное кажется далеким и ненужным.

Прохожу лестничную площадку, поворачиваю на следующий пролет и останавливаюсь как вкопанная.

Прямо передо мной, внизу – Кирилл. Стоит ко мне чуть боком, я безошибочно узнаю его профиль.

Он говорит с Варей.

Шмыгаю обратно за поворот. Вроде, не заметил.

Сердце стучит как барабан. Прижимаюсь к прохладной стене. Прислушиваюсь к разговору:

– Сколько мне еще раз повторить? Я не имею права давать вам информацию! – твердит ему Варя. – Ни о ней, ни о ребенке!

От этих слов я вся холодею.

Варя понятия не имеет об ошибке медсестры. Не в курсе, что Кирилл думает, что Левушка умер. А значит — сама того не подозревая, выдаст меня в любой момент.

Если уже не выдала…

Какая же я дура! Надо было ей обо всем рассказать!

– Я просто хочу увидеть сына, – голос Кирилла хриплый, надломленный. – Могу я… просто взглянуть на него?

--

Девчат, приглашаю вас в еще одну историю нашего литмоба!

СЕЛИН СААДИ И АСЯ ПЕТРОВА. "ВЕРНУТЬ ЖЕНУ. ДАЙ МНЕ ШАНС"

ЧИТАТЬ ЗДЕСЬ:

Глава 18

Алена

– Я просто хочу увидеть сына, – голос Кирилла хриплый, надломленный. – Могу я… просто взглянуть на него?

Прижимаю ладонь ко рту, чтобы не вскрикнуть. Я на волоске!

Затаив дыхание, жду ответа Вари.

Она держит удар. Снова отвечает сухо, даже жестко:

– Нет не можете!

– Да вы человек вообще или нет?! Я как отец имею право увидеть сына! – рявкает он на нее нечеловеческим рыком.

У меня шевелятся волосы на макушке.

Таким Кирилла я раньше не видела – даже представить не могла. Кажется, он на грани.

И, судя по звукам, переходит в атаку.

Возня, перепалка переходят на повышенные. На помощь Варе кидается дежурная медсестра.

Вся холодею. Сердце замирает. Вот оно. Сейчас… сейчас кто-нибудь проговориться.

– Немедленно отведите меня к сыну! Где он? – командует Кирилл.

– Вам тут не офис! – защищается в ответ Варвара. – А я – не ваша подчиненная! У нас закон и правила! Еще слово – и я вызываю полицию!

– Вызывай, – глухо цедит Кирилл. – Только учти: я вернусь не один. С адвокатом, с проверками, с прессой, если надо. Мало вам не покажется.

– Маша! Звони в дежурную часть! Говори, что у нас тут буйный посетитель. Угрожает персоналу и пациентам. Пусть присылают наряд.

Повисает пауза. Длинная, вязкая.

Потом вдруг резкие шаги Кирилла по плитке. Секунда – громко хлопает входная дверь.

Ушел.

Оседаю прямо на ступени. Все тело дрожит, будто молнией ударило. В голове мерзкий туман.

Зачем Кирилл продолжает брать штурмом роддом? Ведь меня выписали!