Постепенно свыкаюсь с мыслью, что завтра уйду. Может, оно и к лучшему. По крайней мере, Кирилл об этом узнает и перестанет сюда приходить, и слать цветы.

Только вот, он непременно захочет знать, где я. А этого я допустить не могу.

Беру айфон. Проверяю настройки. Я знаю, Кирилл может отследить его локацию. Сбрасываю до заводских настроек. Но уверенности, что это поможет – нет.

Поэтому утром, когда Варвара приносит мне выписку, я отдаю телефон ей:

— Можно он пока побудет у вас? — спрашиваю. — Не хочу, чтобы муж отследил по геолокации.

Варя берет из моих рук айфон. Выключает звук:

— Хорошо. Будет лежать в ординаторской. Когда меня не будет – проси у медсестры.

Благодарно киваю.

— У меня дома есть старый смартфон, – вдруг говорит она. – Простенький, но, если нужен — могу принести в следующий раз. Все равно без дела валяется.

Это очень кстати! Без телефона никак. А новый покупать… Сейчас я должна распоряжаться деньгами разумно.

Еще раз благодарю Варвару за помощь. Она дает мне адрес, объясняет, как добраться до маминого дома. Это, и правда, близко. Минут пятнадцать пешком. Но Варя настаивает на такси.

— Я не могу вызвать, — решительно качаю головой. — Муж сразу отследит заказ.

— Фуф! От этих мужиков одни проблемы! – ворчит Варвара. – Сама сейчас вызову. Там такая жара, лучше пока тебе не геройствовать.

Она сообщает мне номер такси. Беру сумку, шагаю к выходу из отделения.

Ноги будто идти не хотят. Еле передвигаю. Останавливаюсь на лестничном пролете. Кидаю взгляд в сторону отделения неонатологии.

— Левушка, не бойся, — шепчу. — Скоро мама заберет тебя отсюда. Ты только скорее поправляйся.

Нехотя спускаюсь по ступенькам. Прохожу пост дежурной. Такси уже должно ждать меня у входа.

Толкаю тяжелую деревянную дверь. Меня тут же ослепляет солнце, лавиной обрушивается шум города. Люди снуют, машины гудят. Стою как парализованная. Чувствую себя потерявшейся девочкой. Одной одинешенькой в кипящем котле жизни.

Нет. Не одинешенькой.

Я теперь никогда не буду одна. У меня теперь есть мой малыш. Мой родной мальчик. Моя частичка, моя кровинушка. Мы вместе.

Решительно шагаю на горячий тротуар. Прикладываю руку ко лбу, заслоняя солнце. Высматриваю машину с номером, который сказала мне Варвара.

И вдруг слышу совсем рядом:

— Алена? – голос, который я не желаю больше слышать. Никогда!

Вздрагиваю. Поворачиваю голову.

В нескольких метрах от меня стоит Кирилл. С букетом цветов.

--

Дорогие девочки! Приглашаю вас в очень эмоциональную историю нашего Литмоба!

ДАНА ДЕНИСОВА И АЛЕНА МОСКОВСКАЯ. "ВЕРНУТЬ ЖЕНУ. РАЗВОД - НЕ ПРИГОВОР"

ЧИТАТЬ ЗДЕСЬ:

Глава 15

Кирилл

Стою битый час под стенами роддома. Солнце палит, будто хочет поджарить.

Я уже в аду.

Футболка прилипла к спине, пот течет по позвоночнику, глаза щиплет. Розы в руке – мертвые. Как и я. Как и мой сын.

Поздновато дарить цветы. Надо было раньше. Но я не знаю, что еще могу сделать для нее. Для Алены.

Всю неделю не жил. Гнил изнутри. Не спал. Заливал в себя алкоголь. Проваливался в сон на час-другой. Чтобы снова проснуться в кошмар.

Смотрю в окна роддома, надеясь заметить ее. Воздух дрожит. В глотке пересохло. Пытаюсь сглотнуть. Не выходит.

Чешу порезы на руках, саднят, зараза. Пот разъедает их еще больше. Незнакомая женщина косится на меня подозрительно. Будто я бомж или наркоман.

Провожу рукой по небритой щеке. Именно так я сейчас и выгляжу. Все-таки для разговора с врачами надо было привести себя в порядок.

Впрочем, это не имеет значения. У меня сын умер. На все остальное насрать.

Сегодня я понял – хочу увидеть тело сына. Он ведь и мой тоже. В на себя похороны. Бумаги. Выясню все. Я – все еще муж. Пока что. Это моя обязанность.

Стою на тротуаре как идиот. Войти не могу. Не могу, блять.

Вдруг дверь открывается.

Выходит как мираж – тонкая фигура, бледная как лист бумаги. Стоит, не шевелится.

Алена? Или у меня окончательно поехала крыша?

Моргаю. Заслоняю рукой солнце.

Она. Точно она.

Алена выходит из тени на яркий свет. Вытягивает руку, прикрывая глаза от солнца. На плече сумка, которую ей привез.

Выписали уже?

– Алена! – окликаю ее хрипло.

Негромко. Дерет горло, но она слышит. Резко оборачивается. Наши глаза встречаются.

Секунда, ее взгляд меняется. Лицо – будто плеснули ледяной водой. Сначала испуг. Потом холод. Ненависть. Выжженная боль.

Смотрит на меня, как на мразь. Как на убийцу.

Не двигаюсь. Тупое оцепенение.

Она внезапно срывается с места. Бросается прочь.

Я за ней. Инстинктивно. Догнать. Остановить.

– АЛЕНА! СТОЙ! – хриплю.

Она подлетает к машине. Белое такси. Прыгает внутрь на заднее сидение.

Подбегаю, хватаюсь за ручку – заперто.

Долблю ладонью в стекло:

– ОТКРОЙ! – ору водителю, снова дергаю дверь.