Кажется, Савва наинает суетится. Интересно, это совесть у него взыграла? Или просто испугался, что ситуация вышла из-под контроля?!

**********

А сегодня знакомлю вас с новинкой Элли Лартер

ПОСЛЕ РАЗВОДА. С ВЕЩАМИ НА ВЫХОД

(16+)

Я подозреваю своего мужа в измене с молоденькой девицей из отдела маркетинга.

Но мало этого - он еще и на бывшую жену заглядывается! На бывшую жену, в честь которой назвал... нашу дочь!

Я этого терпеть не стану.

Подам на развод - и буду счастлива.

А когда он приползет ко мне просить прощения - не прощу!

Читать далее:

Глава 15

Лера

Я лежу на узкой больничной кровати и не могу сдержать слез! Они текут сами со вчерашнего вечера, но я даже не пытаюсь их сдержать! Пусть текут! Пусть скатываются на подушку, на волосы, на простынь! Сейчас это неважно. Потому что я не могу скрывать своего счастья, которое не помещается внутри.

Он жив. Мой ребенок жив!

Я закрываю глаза и кладу ладонь на живот, осторожно, будто боюсь спугнуть это хрупкое чудо. Там сейчас моя жизнь. Мой смысл. Моя точка опоры.

После всего, что произошло, это кажется нереальным, почти невозможным. Позавчера мне сказали, что его нет. Что я все потеряла. А сегодня…

Сегодня я уже лежу в другой больнице, где каждый человек делает все возможное, чтобы сохранить мое маленькое чудо.

Перед глазами всплывают воспоминания. Теплые, бережные, как будто из другой жизни. Как мы с Саввой планировали малыша. Не на словах. Всерьез. Сдавали анализы, составляли графики, планировали визиты к врачам.

Были у нас и неудачи после которых я запиралась в ванной и плакала, чтобы он не видел. Но он все равно все понимал. Находил меня в слезах, обнимал и говорил, что мы справимся, что у нас обязательно получится. Что я буду самой красивой беременной женщиной, а он самым счастливым отцом.

И получилось.

Я помню тот день, когда увидела две заветные полоски. Как дрожали руки. Как я не поверила сразу и делала тест за тестом. Как Савва, обычно сдержанный и ироничный, вдруг сел прямо на пол и засмеялся, закрывая лицо ладонями. Как он целовал мой живот, еще плоский, и шептал глупости.

Это было так живо, так искренне!

По крайней мере, тогда мне казалось именно так…

Но вот сейчас все изменилось. И то живое, искренне и настоящее теперь стало только моим.

Я больше не могу допустить, чтобы с моим чудом что-то случилось. Ни из-за чьей-то лжи. Ни из-за чужого выбора. Ни из-за мужчины, который поставил другую женщину и другого ребенка выше нас.

Мысль о Савве снова режет. Острым, болезненным лезвием. Я сжимаю губы.

Нет. Я не вернусь к нему.

Я не вижу себя больше в нашем доме. Не вижу себя рядом с предателем. Не могу представить, как буду жить, делить кухню, постель, воздух с человеком, который ушел от меня в самый страшный момент. Который выбрал не нас.

Но за этой решимостью вдруг поднимается другой страх. Более рациональный, но от этого не менее пугающий.

А куда мне идти?

Родители…

Я сразу качаю головой. Пожилые люди, со своими жесткими убеждениями, живут далеко. Они меня не поймут. Никогда. Для них беременная женщина, ушедшая от мужа, – это позор и глупость. Они скажут терпеть. Вернуться и силой воли сохранить семью, чтобы только ребенок не рос без отца.

Но я… Я закрываю глаза и дышу, чтобы успокоиться. Я так не хочу. Пусть лучше без отца растет. Чем с тем, кто никогда не будет на его стороне по-настоящему.

Я вновь принимаюсь за размышления.

Родители - нет.

Может, подруги?

Из подруг есть только Кристина. Я могла бы попроситься к ней. Временно. Она добрая, с похожей непростой судьбой. Она точно поймет. Но это временно. А дальше? Жилье. Деньги. Ребенок.

Как я буду его растить? Хватит ли у меня сил? Отпустит ли меня Савва так просто?

Я смотрю в потолок и чувствую, как страх переплетается с решимостью. Что мы справимся. Что я не позволю никому разрушить то, что осталось у меня после этого кошмара.

Я смахиваю с ресниц очередную слезу, когда дверь в палату вдруг тихо открывается.

– Как вы? – в дверном проеме стоит медсестра.

– В порядке, – отвечаю тихо. – Правда.

Она кивает, подходит ближе, проверяет капельницу, взгляд у нее внимательный, профессиональный.

– Врач зайдет к вам на обход, – говорит она. – А пока… К вам тут приехали.

Сердце делает радостный скачок.

Кто? Неужели Кристина? А может быть, кто-то из медсестер из больницы, где я работаю?

Я успеваю слабо улыбнуться.

– Да, хорошо, – говорю поспешно. – Впустите ее, пожалуйста.

Медсестра странно на меня смотрит.

– В смысле… Ее? – переспрашивает. – К вам приехал ваш муж.

Слова падают, как камень.

Муж.

У меня внутри все обрывается. Радость, тепло, надежда, будто кто-то резко выключает свет. Воздуха становится мало. В груди холодно и пусто.

Нет. Только не он.