— Идиот, — прошептала леди Херрингфорд уже мягче, не поднимаясь. Она протянула руку и закрыла Дженсону глаза. — Некоторые люди так и не учатся держать рот на замке. Это их боерожденный, верно?

Бенедикт коротко кивнул, приводя перчатку в боевую готовность, но стараясь приглушить ее свечение, и вглядываясь в пелену дыма между ними и выходом. Дэннон оставался вне поля зрения. Будь Бенедикт тем, кто метнул этот топор, он бы отступил на несколько мгновений, чтобы зайти на врага под новым углом для очередной внезапной атаки.

Леди Херрингфорд поморщилась и указала на себя.

— У нас проблема. Те двое застали меня врасплох.

Бенедикт уставился на Дженсона. Даже с закрытыми глазами на его лице застыло выражение легкого недоумения.

Дженсон был мертв. Бенедикт должен был вернуть его домой, а человек был мертв.

— Сэр Бенедикт, — мягко произнесла леди Херрингфорд. — Сейчас не время.

Бенедикт рывком отвел взгляд от мертвеца и посмотрел сначала на трупы двух аврорианцев, а затем на нее. Леди Херрингфорд была ранена в бок. Ее нижняя рубашка пропиталась алым. Она разорвала юбки и грубо перевязала рану. И все же струйка крови стекала по крепким мышцам ее ног.

— Вы можете бежать? — спросил он.

Она покачала головой.

— Разве что ковылять, как обычный человек.

— Тогда влезайте мне на спину, — сказал Бенедикт. — Вы понесете сигнальную ракету. Фенли, держи свой народ рядом.

Маленькие кошки появились из дыма и зелени, припав к земле; их глаза ярко сверкали.

Леди Херрингфорд пристально посмотрела на Бенедикта.

— Я несу ракету, чтобы знать, что вы меня не бросите, а? — сказала она наконец. — Молодой человек. Мы оба знаем, что вы не сможете убежать от вражеского боерожденного с такой ношей.

— Нет, — ответил Бенедикт. — Но у вас есть перчатка. Вы обеспечите огневое прикрытие, пока я двигаюсь. Мы доберемся до порта, возьмем парашюты, запустим сигнальную ракету и прыгнем.

— А если они погонятся за нами?

— Сначала им придется вернуться за своими парашютами, — сказал Бенедикт. — У нас будет достаточно времени, чтобы что-нибудь придумать.

На ее лице застыла оскаленная улыбка.

— А. Оптимист.

— Да, леди, — сказал Бенедикт. — Давайте.

Он опустился на одно колено, и леди Херрингфорд болезненно задвигалась; дыхание ее перехватило, когда она прижалась к его спине, обхватила правой рукой грудь Бенедикта, а ногами — его бедра, издав шипение боли.

— Вы сможете удержаться? — спросил он.

— Полагаю, у меня есть веский стимул, — пробормотала она. Кристалл на ее перчатке ожил, вспыхнув у ладони. — Очень хорошо. Я сохранила одну из дымовых шашек. Будьте так любезны.

Бенедикт заметил неподалеку горшок со смесью черного пороха и масла и схватил его.

— Вы сможете попасть?

— Если вы не будете шататься, то думаю, да, — ответила она.

Бенедикт кивнул. Затем он взглянул на Фенли и его народ, мотнул головой и двинулся к выходу с водной фермы, низко пригнувшись. Когда дым начал рассеиваться, он поставил горшок на пол из копьекамня и с силой толкнул его вперед; тот заскользил по полу, пока не перевалился через порог и не опрокинулся.

Бенедикт уперся одной рукой в пол и замер неподвижно, пока леди Херрингфорд поднимала перчатку и выпускала заряд энергии в катящийся горшок. Черный порох вспыхнул, масло занялось огнем, выбрасывая клуб густого белого дыма.

Бенедикт рванул вперед на предельной скорости, оставив маленьких кошек изо всех сил пытаться не отставать, и перепрыгнул через горящую лужу дымящейся жидкости. В воздухе прямо перед ним раздалось шипение, и его кошачьи глаза уловили блеск брошенного ножа, пересекающего его путь. Если бы он двигался со своей обычной скоростью, без груза, подумал он, острие вонзилось бы ему в шею сбоку.

— Влево! — крикнул Бенедикт.

Но леди Херрингфорд уже заметила кувыркающееся оружие и, едва они вынырнули из дыма, выпустила сквозь него шквал воющих энергетических зарядов.

Полдюжины длинноствольных ружей заговорили из окон зданий через улицу, но даже с грузом Бенедикт двигался быстрее любого обычного человека. Выстрелы прошли мимо, ударяя в здания справа от них, кроша кирпич и выбивая стекла, а дымовая завеса позволила им преодолеть почти все расстояние до следующего угла, кроме последних двадцати футов. Позади них дракон взревел от внезапной ярости, и раздался грохот — зверь проломил каменную кладку стены.

— Мы прорвались! — воскликнула леди Херрингфорд. — Отлично сработано, сэр Бенедикт!

Бенедикт не ответил. Он сосредоточился на беге, хотя грудь и мышцы уже горели от напряжения. Он мчался, пока на транспортной рампе не показался тусклый, туманный сумрак, льющийся из порта, и из последних сил устремился к нему.

Ни предупреждения, ни звука, ни дуновения воздуха, ни даже намека на запах — Дэннон спрыгнул с крыши последнего здания у транспортной рампы, схватил леди Херрингфорд за волосы и швырнул их всех троих на безжалостный пол из копьекамня.