- Я не буду есть эту дрянь! – Вернон слишком резко двинул столик, бульон разлился по его поверхности. – Уберите!

- То есть, вы предпочитаете остаться голодным? – уточнила.

- Нет. Я предпочитаю вкусный прожаренный кусок мяса и бутылку вина из моего погреба!

- И диарею с коликами на десерт. Чудесный выбор, господин. Прикажете прямо сейчас принести? – спросила ехидно.

- Диарея это что? – уточнил осторожный генерал. Видимо, ему не понравилось выражение моего лица.

- Это крайне болезненный и частый жидкий стул. С резью в кишечнике, коликами, возможно, рвотой и прочими прелестями от организма, за год отвыкшего от обычной еды. Но вы не стесняйтесь. Лекарь вечером придет, помоет вас.

- Ты такая… ехидна!

- Угу. Слыхала и не раз. Есть будете, или подождете мясо и вино?

Вернон сжал челюсти так, что, пожалуй, запросто бы раскусил кокос. Взял ложку и набрал бульон. Дрожащей рукой попытался донести суп до рта. Расплескал почти все по постельному белью. Разозлился и швырнул ложку в бульон, вызвав еще больший беспорядок.

- Я не голоден!

- Отлично, - сказала бодренько, забрав столик, и сдернула с генерала одеяло, проигнорировав его удивленно подпрыгнувшие брови. – А теперь у нас медосмотр.

Глава 15

Нет, ну вот почему у такого противного генерала такое шикарное тело? Компенсация? Даже после года комы он выглядит аппетитнее, чем большинство моих знакомых, регулярно занимающиеся в тренажерном зале.

Отогнала непрошеные мысли и сосредоточилась на работе. Я - медсестра. Он - пациент. Точка. Никаких лишних эмоций.

- Сейчас я осмотрю ваши ноги. Постарайтесь расслабиться и говорить, если что-то почувствуете. Что угодно - давление, покалывание, тепло, холод.

Вернон ничего не ответил, только дернул подбородком. Воспринимаю данный жест как согласие.

Откинула одеяло подальше, чтобы не мешало, и присела у изножья кровати. Взяла в руки его стопу. Большую, тяжелую. Что там говорят про размер ноги и... Выписала себе мысленный подзатыльник и продолжила осмотр. Кожа на удивление мягкая - наверное, лекарь всё-таки чем-то её обрабатывал. Или это местная магия. Пальцы длинные, ровные. На правой ноге, чуть ниже щиколотки - старый шрам, похожий на след от веревки. Интересно, откуда...

Провела большим пальцем по подошве. От пятки к пальцам. Сначала легко и быстро. Потом медленно, с нажимом.

- Чувствуете?

- Нет.

Повторила движение. Потом ещё раз, надавливая сильнее на свод стопы. Ничего. Согнула пальцы, проверяя подвижность суставов. Работают. Уже хорошо.

Обхватила лодыжку ладонями. Кость тонкая, выступающая. Покрутила стопу - вправо, влево. Сопротивления незначительное. Неудивительно, сустав почти год не работал. Ничего, гимнастикой это дело легко решается.

- А так?

- Нет.

Голос Вернона звучал ровно, почти безразлично. Но я заметила, как побелели костяшки его пальцев, вцепившихся в простыню. Ему тяжело. Тяжело лежать вот так, беспомощным. Тяжело раз за разом отвечать «нет». Тяжело, что кто-то это видит. Промолчала. Лишние слова сейчас ни к чему. Да он и не примет от меня сочувствие.

Переместила ладони выше, на голень. Мышцы здесь были плотнее, ощутимее. Ослабевшие за год неподвижности, но все еще рельефные. Я медленно вела пальцами вверх, прощупывая каждый участок. Искала хоть какой-то отклик - вздрагивание, напряжение, что угодно.

- Здесь?

- Нет.

Надавила на точку под коленом, где обычно проверяют рефлексы. Ничего. Обхватила колено ладонями, согнула ногу, выпрямила. Сустав двигался с легким хрустом и сопротивлением. Тоже вполне ожидаемо и поправимо.

Выше. К бедру.

Мышцы здесь массивнее, горячее. Я чувствовала под пальцами каждое волокно, пока медленно вела ладонями по внешней стороне бедра. Кожа гладкая, почти без волос. Шрам на середине - косой, рваный. Ещё один под ним, поменьше.

- Сейчас?

В ответ тишина. Я подняла глаза. Вернон смотрел в потолок, челюсти сжаты так, что желваки ходят ходуном.

- Нет, - выдавил наконец.

Перешла к внутренней стороне бедра. Кожа тут нежнее, тоньше. Я старалась двигаться профессионально, отстраненно. Просто осмотр. Просто работа. Но щёки предательски горели.

Дура. Сколько голых мужиков ты перевидала за годы работы? Десятки? Сотни? И ничего, справлялась. А тут...

- Что-нибудь? - голос чуть охрип, пришлось откашляться.

- Нет, - голос генерала под стать моему. Болеем дуэтом?

Ладно. Вторая нога.

Те же манипуляции. Стопа, лодыжка, голень. Колено, бедро. Руки скользили по теплой коже, пальцы искали хоть малейший отклик. И снова - ничего. Только монотонное «нет» в ответ на каждый вопрос.

Я выпрямилась, постаралась говорить спокойно и дружелюбно.

- Мне нужно осмотреть вашу спину. Сможете перевернуться?

Вернон наконец посмотрел на меня. В зелёных глазах - что-то тёмное, болезненное.

- А вальс тебе не сплясать?