Бывший муж посмотрел на меня как на других приглашенных: с вежливым вниманием хозяина дома, который хочет быть любезным. Ни удивления. Ни тени узнавания. Ни дрогнувшего взгляда.

  — Добро пожаловать в наш дом, — сказал он и замялся.

  — Ирэна, — представилась я. — Я пришла с бургомистром.

  — Разумеется, — широко улыбнулся Келиб. — Вы – его племянница. Он много о вас говорил.

   Я не стала возражать. Какая разница за кого он меня принял? Значение имело только одно – он меня не узнал.

    Я уповала на это мгновение, готовилась к нему, боялась, спорила с собой. Вот оно случилось… и оказалось совсем не таким, как я представляла. Не было ни потрясения, ни раскаяния, ни ужаса. Только пустота. И странное, обидное облегчение.

   А чего я, собственно, ждала? Что Келиб вскинется, побледнеет и вдруг вспомнит, что когда-то любил меня? Теперь я уже и в этом сомневалась.

  Была ли вообще эта любовь? Возможно, я просто придумала ее. Стало стыдно за все те годы, что я в нее верила. За то, как цеплялась за редкие знаки внимания мужа, принимая каждый мимолетный взгляд за доказательство чувств.

  Но теперь, наконец-то, я увидела правду: Келиб не узнал меня не потому, что я изменилась. А потому, что он никогда по-настоящему меня не видел.

  — Надеюсь, вы приятно проведете время, — улыбнулась мне Сандра и, потянув Келиба за локоть, повела его дальше.

  Куда она так торопится? Ответ на этот вопрос я выяснила уже в следующее мгновение. Уходя, Келиб обернулся на меня. Его взгляд скользнул по моему телу намного откровеннее, чем позволяла обычная вежливость.

   Хотела бы я все списать на замешательство от узнавания, но дело было в другом. Этот взгляд прекрасно мне знаком. Так Келиб смотрел на женщин, которые его заинтересовали. Он слегка приподнял бровь, будто оценивая. Уголки его губ дрогнули, намечая улыбку. Чисто мужскую.

  Он посмотрел на меня не как на призрак из прошлого, а как на женщину. Новую. Желанную. Потенциально интересную.

  Бывший муж хотел изменить новой жене со мной!

Прода 21.01

   Не знаю, как я не расхохоталась в голос на всю гостиную. Поведение Келиба было настолько абсурдным, что мне стало дико смешно. Но не весело, а горько и нервно, с привкусом тошноты. Я сжала губы, чтобы не выдать себя. Вот он, мой бывший муж во всей красе. Даже не пытается быть другим.

   А ведь я винила себя в его изменах. Я недостаточно умная, интересная, красивая, молодая, не родила детей... но теперь до меня, наконец, дошло: причина всегда была только в Келибе. В нем одном. Просто в этом его суть. Он весь насквозь лживый и неверный. Чем такой второй шанс, лучше вообще никакого.

    Накатила брезгливость. От его взгляда, от этой привычной мужской оценки, от уверенности, что любая женщина – всего лишь вариант. Возможность, которой он воспользуется, едва подвернется удобный случай. Меня передернуло. Когда-то этот взгляд был обращен только ко мне, и я принимала его за любовь. Как же наивно.

    А потом пришла жалость. К новой жене. Она стояла рядом с ним – красивая, молодая, беременная. Когда-то я тоже верила, что Келиб изменяет, потому что я не подарила ему ребенка. Что он ищет утешение. Какой же дурой я была!  Я почти физически ощущала, как хрупка эта иллюзия. Беременность не сделала Келиба верным.

   Передо мной стоял все тот же неверный муж – довольный жизнью мужчина, который считает мир удобным местом для удовлетворения собственных желаний. Я видела, как он посматривает украдкой на других женщин, пока Сандра отворачивается. Как задерживает взгляд дольше приличного. Как чуть наклоняется, сокращая дистанцию. Этот язык тела я выучила за тридцать лет до мельчайших нюансов. Так он начинал. С невинного интереса. С улыбки. С комплимента, который вот-вот сорвется с губ.

  Значит, и Сандре он изменяет. Или скоро начнет, что, в сущности, одно и то же. Я словно смотрела на спектакль, в котором когда-то играла главную роль, а теперь оказалась в зале среди зрителей. Мне даже стало жаль Сандру. Она верит в то же самое, во что когда-то верила я. В исключительность. В «со мной он другой».

   В этот момент я поняла, что не чувствую ни ревности, ни боли. Только странное облегчение. Потому что теперь это уже не моя история. И не моя проблема.

   Пусть Келиб остается таким, каким был всегда. Главное – рядом с ним больше не я.

   Я ушла со званого обеда раньше, чем Келиб осуществил свой план. Я видела, он хотел подойти ко мне, но не позволила. Может, хотя бы сегодня Сандра проведет вечер спокойно. В ее положении вредно волноваться.

   Я вернулась на постоялый двор, где сняла комнату. В ту ночь я плохо спала, но причиной тому был не визит в родной дом. Мне было холодно. По-настоящему, до озноба и стучащих зубов. Словно я ночевала не в теплой кровати, а посреди сугроба.